Равновесие во Тьме. Писатель

Она была в курсе, что я переживаю, и понимала, как сложно шагать против себя, стерев ластиком все наброски на карте мечты. Выйдя замуж за моего отца, мама полностью посвятила себя семье, пытаясь вырастить из нас достойных людей. Я искренне не понимал, что мешало отцу спроектировать ресторан, о котором грезила мама. Возможно, я был слишком мал, но все-таки смог разглядеть огромную долю эгоизма в отце. Он хотел контролировать нас, отвечая за будущее. Порой я ощущаю, что руки делают не то, что хотят. Ноги идут не туда, а разум заполняется темнотой.

Мама называла меня солнышком, повторяя, что я должен светить миру, даря счастье каждому, кто приходит в мою жизнь.

Глава 1. Наступающая на горло тошнота

Солидный возраст

– С днем рождения тебя, Ричард! – воодушевленно поздравила меня Лизи, открыв дверь в ванную комнату, пока я сбривал отросшую бороду темного цвета.

– Спасибо, – ответил я, испытывая разочарование, апатию и хроническую депрессию от событий, в центре которых оказался.

 – Дай мне закончить.

– Сегодня тебе исполнилось тридцать! – продолжала она говорить, не замолкая. – Ты добился всего, о чем мечтал, а ведь еще так молод!

Она посеяла очередное зерно сомнения по поводу моих достижений, потому что изначально мне хотелось быть просто счастливым, а не тридцатилетним дядькой, который построил дом, но потерял близких и сделал неудачный выбор в виде находящейся рядом с ним женщины.

– Черт… – прошептал я. – Мне тридцать, а я…

– У нас заказан фуршет, – вторгалась она в мои мысли.

 – Отметим твой день рождения, будут все родственники, и…

– Замолчи! – перебил я ее. – Ты можешь хотя бы сегодня просто помолчать?!

– Хватит орать на меня, неблагодарный сукин сын! – внезапно закричала она в ответ, ударяя кулаками по моей голой спине. – Твоя жизнь для многих недостижимая мечта, а ты срываешься на мне! Постыдись!

Я решил, что сейчас лучше промолчать. Смартфон за две тысячи долларов начал издавать бесконечные звуки, присылая уведомления одно за другим, тем самым неистово раздражая мою и без того чрезмерно расшатанную нервную систему.

Взяв жену аккуратно за плечи, чтобы не причинить ей боль, я выставил ее за дверь ванной комнаты, пришлось.

– Рича-а-ард! – Истошным голосом она произносила мое имя раз за разом, стучась в дверь. – Ричард!

Я уткнулся лбом в зеркало, висящее на обратной стороне двери, в которую стучалась Лизи, и ощутил ее удары, словно получал от нее пощечины. Мне хотелось разбить зеркало.