Отблеск Венеры

Так я не хочу пить эту горькую пилюлю, понимая, что она для меня смертельна. Что я могу с собой поделать? Супротив воли мил не будешь! Ты это прекрасно понимаешь.

По беспредельной наивности Лида не ожидала подобного поворота беседы. Кто ее за язык тянул?! Наступила на старые грабли!

– Ты уж загнула! – резюмировала Васютина. – Аллергия! На какое-то время и Исмаил сгодится. У тебя же сейчас ледниковый период. Надо перезимовать. Не принимай это так близко.

Ты, конечно, права! Это я опять все испортила. Я не со зла, я желаю тебе счастья.

– Забей! Вырвалось! – шмыгнула носом Света. – Я тебе завидую! Это зависть меня гложет, вот и психую. Куплю успокоительное – буду доброжелательней и миролюбивей.

– Что ты! Из нашего круга я одна замужем. Я исключение, досадное недоразумение. Так вышло. Если бы не Толик, то… – хотела продолжить мысль Лида, но не получилось. – Замужем! А проблем выше крыши! И капризная дочка! Если разобраться, не позавидуешь!

– Да, конечно.

Я сегодня с утра сама не своя. И мама спросони мозги канифолила.

– Понятно! Принести тебе чая?

– Нет, я сама. Раскисать нельзя! Необходимо собраться. На носу ответственный проект и личное поручение шефа. Я обязательно успокоюсь! Я почти спокойна. Несколько минут и я само вселенское спокойствие. Конфуцианские принципы иногда помогают.

– А я пойду выпью чашечку, – как бы невзначай сказала Лида, – до обеда долго, а по утрам я не завтракаю. Фигуру берегу. Толик обмолвился, что если я поправлюсь и буду похожей на маринованную корову – он меня бросит. И я с тех пор на строгой диете.

– Так прямо и сказал? – усомнилась Туманова.

– Да, я буквально процитировала его слова.

Света недоверчиво покосилась на подругу:

– Про маринованную корову – это он, конечно, загнул! Тебе до нее как пешком до Австралии.

А в целом, он молодец, чувствует, что нужно сказать любимой. Цены ему нет!

– Он много выдает забавных вещей, – сообщила напоследок Люда и испарилась.

Света покрутила пальцем у виска и продолжила разбирать документы. Чем больше она думала о предстоящем сюрпризе, тем сильнее в воображении возникал образ загадочного инвестора с русским прошлым.