Отблеск Венеры

Вольф не вдавался в подробности внешности визитера, поэтому Светлана проявила недюжинную фантазию, чтоб представить гостя самой свободной страны на свете в причудливых ипостасях: в костюме Лидкиного ковбоя, и в образе неприступного аристократа, потомка дворянского гнезда, как развязного денди в безупречном смокинге с бабочкой, и в роли великосветского джентльмена с тростью и дымящейся трубкой во рту. Любой образ будто завораживал, ведь что-то новое всегда развлекает – думала она, перебирая звезд Голливуда, и сравнивая, на кого бы он сильнее походил, и кто ей наиболее симпатичен.

Прокрутив как кинопленку лица известных блондинов и брюнетов, Света поняла, что не в силах сделать окончательный выбор. Много вариантов, и каждый казался ей идеальным, а ткнуть пальцем в небо боязно. Света запуталась, кто же ей лучше подходит: пепельный блондин с накаченными мускулами или томный коротко стриженный брюнет с сексуальной бородкой на подбородке. Предстоящий выбор мучил разыгравшееся воображение. На ее пути попадались и те, и другие, причем, последних почему-то попадалось на порядок больше.

Видимо, таков ее вкус – заключила Светлана, пролистывая отпечатанные в сознании фотографии и портреты.

Незаметно прошел час. Документы разобраны. Воображение иссякло. Осталось дождаться появление принца и сравнить полученный оригинал с задуманной болванкой.

«Думай о хорошем, Света! Думай о хорошем! Подпишешь контракт с американцем, разбогатеешь, если босс не лжет, и женихи сами потянутся. Отбоя не будет! А пока потерпи.

Всего один бой, и ты сама станешь грандиозным проектом! А какие ожидаются бонусы – жутко представить! Слетятся женихи со всего света как миленькие! Если долго мучится, что-нибудь получится! Только мучиться не хочется, надоело мучиться.

Надоело».

Умиротворяющие размышления подействовали спасительным образом. Кустарная аутогенная тренировка принесла скорый целительный эффект, отчего Туманова окончательно успокоилась. Интенсивные поиски идеального спутника жизни по отпечаткам голливудских звезд вперемежку с аналитической рефлексией вызвали утомление и как следствие торможение перевозбудившихся нервных клеточек.

Света уставилась в настенные часы и автоматом следила за двигающейся стрелкой.

Снаружи послышался топот мужских ботинок. Некто замер за дверью и не решался войти. Оторвав взгляд от циферблата, она поправила искривленную осанку. В дверь осторожно постучали.

– Войдите! – якобы захмелевшим голосом произнесла Света.