Полуночная ведьма

Клэнси молчал, потирая шею со следами чужих пальцев.

– Райан, что эта девчонка хочет от тебя? – требовательно спросила Келли.

Рука ее, наведенная на незваную гостью, ни разу не дрогнула. Морриган даже на миг восхитилась силой духа этой хрупкой с виду женщины.

– Милая, это Морриган Блэр, вольная охотница. Я рассказывал те…

– Я помню.

– Она хочет, чтобы я нашел человека, который проведет ее в Пропасть.

– Долги нужно возвращать, – спокойно сказала Келли, опуская револьвер.

– Но я понятия не имею…

– Дэмьен Чейз.

С лица Клэнси сошли все краски. Он испуганно переводил взгляд с жены на охотницу и обратно.

– Милая, я едва рассчитался с ним за тот раз!

– Вы, я смотрю, многим задолжали? – хмыкнула Морриган.

Келли остановила на ней холодный взгляд.

– Можно поспорить насчет того, насколько позволительно заявляться в мой дом, пугать мою дочь и душить моего мужа…

– Я его не душила.

– …но мы действительно тебе обязаны. – Она повернулась к мужу. – С Дэмьеном мы как-нибудь разберемся.

Вызови его.

– Хорошо. – Клэнси устало прикрыл глаза. – Я устрою тебе встречу с Дэмьеном – он отступник и, по слухам, живет в самой Пропасти. Но я не уверен, что он согласится отвести тебя туда.

– Это уже мои проблемы, – пожала плечами Морриган.

– Я найду его, но на это может потребоваться время, – торопливо сказал Клэнси. Добавил, заметив ее недовольство: – Клянусь, я не сбегу. Нам… нам просто некуда бежать.

Выбора у Морриган не было. Назвав адрес Клио, она сухо попрощалась с супругами.

Развернулась, чтобы уйти, и едва не налетела на девочку лет шести, которая вышла из спальни. Светлые волосы, серые глаза, миловидное личико – вся в маму. В глаза бросалась ее худоба и нездоровая бледность кожи. Украдкой глянув через осколок, Морриган рассмотрела на груди Эвелин темное плетение чар. Не владеющим магией истины его ни за что не заметить.

Простая душница – легкое проклятие, вызывающее слабость и удушающий кашель. Похоже на работу кладбищенских ведьм. Наверняка проделки недоброжелателей или конкурентов Клэнси.

Призвав толику рассветной силы, Морриган нарисовала в воздухе трискелион[8 - Трискелион – изображение трех спиралей, являющееся центральной фигурой древнего кельтского символизма. Трискелион называют «спиралью жизни», так как он обозначает либо священные элементы мироздания, либо цикл человеческой жизни, либо триединый образ богини-матери.] – кельтский знак очищения и защиты от полуночной магии – и послала его в сторону Эвелин.