Настанет век пырларла. Книга 3. Пишите легенды, или Возвращенный

Тиэнч в ту же минуту устыдился своего малодушия, с трудом открыл глаза и огляделся вокруг, как будто кто-то мог услышать его мысли.

Хвала богам, никто не видел и не слышал. Что, хвала богам? Тиэнч потер виски. С чего он вспомнил про богов? У него всего один бог и господин – владыка Тарр. Не иначе, камень Вэдза передал ему послание вместе с ударом по голове. Если так пойдет дальше, скоро не они будут влиять на камни, а камни будут указывать им, что делать.

Тиэнч сел и обхватил голову руками, мучительно пытаясь придумать, как выполнить волю господина.

Да, их мощь многократно возросла. Да, теперь жрецы могут силой мысли влиять на рагатысков. Да, возвращенный в Мааданде и, возможно, ему удастся подчинить источник силы. Ему придется это сделать, иначе он умрет второй раз. Но армия не может начать вторжение, пока на их пути стоят треклятые камни! Они не пропустят никакой магии, жрецы не смогут пройти мимо них, а это значит, что опять будет не армия, а толпа идиотов с могучими, но почти неуправляемыми ящерами.

Как следует подумать не дал вершитель. Молодой жрец бегом спустился по лестнице, едва не растянувшись прямо перед верховным, упал на колени и с размаху ударился лбом об пол.

– Верховный, мальчик заболел!

– Помоги подняться, – протянул руку Тиэнч.

Он с трудом встал и, тяжело опираясь на вершителя, как мог поспешил в свои покои.

Малыш Дэйминг плакал уже два часа, порой чуть затихая, порой переходя на визг и заходясь в судорогах. Бледная перепуганная нянька перепробовала уже все способы, но ничто не могло унять криков.

– Я ничего не сделала, верховный, – срывающимся голосом сообщила она, передавая ребенка господину, – все было хорошо, он спокойно играл и вдруг начал кричать.

Тиэнч взял Дэйминга на руки – он показался ему втрое тяжелее обычного, – стал с ним ласково разговаривать, укачивать и успокаивать. Ничего не помогало, даже защитные заклинания. Тогда он при помощи вершителя спустился вместе с мальчиком обратно к алтарю и бассейну с черной водой.

Он слегка дотронулся до подрагивающей глянцевой поверхности кончиком указательного пальца. На подушечке осталась крошечная блестящая бусинка. Он приложил палец к затылку ребенка и стал нежными движениями втирать черную воду в кожу, нараспев читая заклинания. Дэйминг кричал все тише и наконец замолчал, вздрагивая и прерывисто дыша. Тиэнч передал ребенка вершителю, чтобы тот отнес его обратно к няньке, а сам без сил уселся на каменный пол.