Триггер

Во-вторых, ну каким образом ты могла бы оказаться в том месте, где её держали? Нет, это конечно, возможно, если ты психопатка, которая похищает, мучает, а потом убивает бедных девушек.

Рейчел смеётся над своими словами, а я чувствую, как тело покрывается холодным липким потом. Натягиваю на лицо улыбку и делаю внушительный глоток вина, стараясь не встречаться с ней взглядом.

– Это же смешно, честное слово! – продолжает Рейчел. – Ну а в-третьих, если допустить мысль, что ты стала свидетелем чего-то страшного, то спрашивается, почему тогда ты до сих пор жива? Сама же знаешь, никто и никогда не станет оставлять свидетелей в живых.

– Свидетель, – задумчиво тяну я, мысленно примеряясь к новому сценарию. – Да, я действительно могла быть просто свидетелем.

– Ты серьёзно? Ещё скажи, что тебя с дороги столкнули! Шэл, ну правда, перестань. Что бы ни случилось с тобой в тот день, всё это в прошлом. И слава Богу, что ты осталась жива. Но вот твои видения – это уже совсем другое.

Такие способности даны не каждому, нельзя вот так просто взять и отмахнуться от этого дара. Тебе обязательно нужно его развивать…

– Рейч, у меня нет способностей, – мой голос дрожит от эмоций. – Я видела Зоуи Мейер так же чётко, как вижу тебя. Она была одета в короткие джинсовые шорты и белую футболку, перепачканную грязью и кровью. Её белоснежные волосы были обриты, а те, что остались на голове, клочьями торчали в разные стороны. Я стояла рядом с ней, когда пошёл дождь.

Он стучал в окно под самым потолком. Это не сон, не галлюцинация и совершенно точно не спиритический контакт. Я уверена, что спускалась в этот подвал и было это восемнадцатого августа, когда я попала в аварию.

– Как знаешь, – сдаётся Рейчел, швыряя фотографии на стол. – Но в таком случае ты должна помнить, что в Калифорнии очень мало домов с подвалами. И в Эл-Эй не бывает дождя в августе.

9

В ходе одного из сеансов психотерапии, в очередной раз заглядывая в лабиринты моих воспоминаний, доктор Харт помогла мне сделать неожиданное открытие: я живу не ради кого-то или чего-то, но вопреки.

В детстве я противостояла матери, защищаясь от её извращённых суждений, потом коллективу издательства, отвоёвывая себе уютный кабинет редактора, следующим стал Мэтью. Эта мысль зудит у меня в мозгу с самого утра и мне снова хочется вернуться в кабинет доктора Харт и в этот раз уже пойти до конца, позволить ей сковырнуть нарыв.