Моя дорогая попаданка

Потому, что только помешанный на истории человек мог так обставить комнату.

Невысокая кровать с грубыми простынями серого цвета, деревянные полы, темные стены, прикроватная тумбочка такого вида, словно её вытащили из музейной кладовки. Занавесок на вытянутом окне нет, зато прямо под ним винтажный стул, обитый расшитой тканью. Ножки и спинка помпезно подкручены, и стул немного выбивается из общего ансамбля.

– А я только обрадовалась, – произнесла Женя и поднялась.

На ней все еще вчерашняя одежда и накидка из темно-синего бархата.

Очень захотелось принять ванну или, на худой конец, душ.

Так и не сняв накидку, Женя вышла из комнаты и едва не столкнулась с Лилибет.

– О, Джини, проснулась, – вдохнула она обрадованно. – А я тебя будить иду.

– Который час? – потирая лоб спросила Женя.

Лилибет усмехнулась.

– День в разгаре, – сказала она. – Главная башня пробила восемь утра.

Женя поморщилась.

– Восемь? Я смотрю вы жаворонки.

Из-за спины Лилибет показался ее брат с хвостиком засаленных волос, Женя едва сдержалась, чтобы не сморщиться.

Эти люди приютили ее, совершенно не зная, кто она, и даже не запросили платы. Нужно проявить хоть немного любезности.

Она постаралась выдавить улыбку и проговорила:

– А где у вас ванная? Мне бы помыться. Как с поезда сошла, так сразу к начальству поехала. Толком не ела даже.

Лилибет и брат переглянулись. Показалось, они впали в какой-то ступор, но Лилибет нашлась быстрее.

– Братец, она из далекой страны. Кто там знает, какие у них порядки.

Мыться у нас можно кадке. Но надо греть воду. Так что придется подождать.

– Очень исторично, – восхищенно проговорила Женя. – Даже не думала, что у вас все так… По науке. Спасибо. Я тогда в магазин сбегаю. Не хочется вас объедать, вы и так мне очень помогли. Даже не знаю, как благодарить.

Лилибет как-то растеряно посмотрела на брата, тот пожал плечами, а она, слегка обескуражено проговорила:

– Ты в лавку хочешь?

– Э… Ну, наверное. В лавку, так в лавку, – отозвалась Женя, подмигивая, мол она поддерживает антураж.

– Тогда тут рядом, – все так же смущенно проговорила Лилибет. – Пойдешь налево, потом за угол, и будет лавка булочника.

– Спасибо, – поблагодарила Женя.

Она понимала, что злоупотребляет гостеприимством этих добрых людей. Но сейчас в незнакомом городе у нее никого нет, она не ориентируется, телефон не ловит сеть и даже нет возможности позвонить Виктору Геннадьевичу. Так что нужно как-то выкручиваться.