Роза Ветров

– Мой отец – дипломат и хочет, чтобы после медресе я поступал в университет в России, – немного невпопад отвечал он, и Ксения заметно напряглась. – Но я не хочу уезжать из Константинополя. Здесь вся моя жизнь!.. Друзья и…

На миг, когда их взгляды встретились, Дима понял, что больше не нуждался в словах. Решительных действий!.. Вот, чего требовала от него та, что чуть не попала в наложницы к турецкому султану, та, что потеряла отца, выхаживала больную мать и постоянно беспокоилась за брата… Видел бог!.. Этого же самого желала и его душа.

Мягкий, терпкий поцелуй, бывший для обоих первым, с громким свистом прервал Геннадиос, от шуток которого ни сестра, ни лучший друг не избавились до самой разлуки. Вачаган закатывал глаза, а Мехмед то и дело восклицал: «Субханаллах! Альхамдулиллах!», но, несмотря на все эти причитания, ни один из них не мог забрать у влюблённых сладостных воспоминаний, подаренных этим днём.

– С султаном это не было бы настолько приятно, – шутя, сказала она как-то раз между поцелуями, когда ни Геннадиоса, ни остальных не оказалось рядом.

– С каким ещё султаном? – Сердце возлюбленного упало в пятки. – Забудь про султана. Ты – моя, слышишь?.. Когда-нибудь я женюсь на тебе.

Ксения улыбалась, но в этой улыбке сквозило столько недоверия, что это насторожило Диму.

– Отвезёшь меня в блестящий Петербург? Меня – гречанку с острова Крит? – то ли мечтательно, то ли насмешливо протянула девушка и, закусив нижнюю губу, опёрлась о стену затылком. Какой красивой она казалась ему в эту минуту!.

– Конечно, отвезу. Ты православная с именем Ксения. Ты даже не будешь выделяться…

– Я не верю в сказку про Золушку, Дмитрий Александрович. И никогда не верила…

Только когда она уехала, он понял смысл того разговора. Она посчитала его журавлём, а Афины – синицей и, конечно, предпочла то, что казалось вернее. Она предала их любовь, и теперь, по мнению её брата, он должен расстроиться из-за вести о женихе? Не сейчас, когда в его сердце уже давно другая!.

– Ты, похоже, поставил себе цель рассориться сегодня со всеми! – недовольно бросил он греку, смотря себе в ноги.

– Не ставил я себе такой цели, – пожал плечами её брат. – Просто хочу напомнить, что ты тоже хорош. Ты собирался возвращаться в Петербург на учёбу, а моя сестра уже слишком устала от неопределённости в жизни…

– И кто в этом виноват?.. – не сдержал яда Дима.

Вачаган демонстративно откашлялся, напомнив о том, что каждый из них перешёл черту.