Кирюхин Ренессанс

Сколько ещё успею? И успею ли то что должен… А что должен? Кто знает ответ на этот вопрос… Что останется после меня миру? Эти полотна? А нужны ли они? Или это была моя прихоть всю жизнь писать…»

Хандра начала наваливаться с новой силой. Недовольство собой росло. «Надо уйти из мастерской, не ровен час не удержусь… Сколь уж полотен попортил».

– Антонио, друг мой! Как я рад тебя видеть! – в мастерскую широким лёгким шагом вошёл Никола.

Антонио поднялся, раскинул руки для объятия, но не обнял, боясь запачкать гостя.

Подбежал подмастерье, помог снять рабочую тунику. Только после этого друзья обнялись.

– Как ты вовремя, Никола! Хандра гложет.

– Попутешествовать тебе надо, Антонио. Отвлечься от мрачных мыслей. Свежие впечатления настроят тебя на другой лад.

– Да разве от себя убежишь, Никола? Жизнь к концу подходит. Нет удовлетворения. Гложет душу. Гложет… Ты-то меня понимаешь, тебе могу сказать.

– Понимаю, Антонио. Но, наверняка есть место, куда тебе хочется поехать, да всё время не выберешь? Вот туда и поезжай… – Никола точно знал, куда Антонио стремился всю свою жизнь, да всё оправдывал себя занятостью.

А вот, говорят в Риме выставка новых полотен английского художника.

– Английского? Эка хватил! Вот ещё новость… Не слыхал. Совсем затворником стал. Не поехать ли нам туда вместе, Никола? Найдёшь немного времени для старого и нудного друга? И правда, сколько лет я не покидал мастерской? – Антонио осмотрелся. Стеллажи заставлены сухими красителями, готовыми красками.

… Сколько ночей не спал, всё искал пропорции, смешивал, красил… – Наверно, я попросту устал, ты прав, Никола. – Жюли, сколько ты лет у меня?

– Четыре, учитель.

– Надо же, четыре… Значит столько я не покидал этих стен, за исключением выхода на рынок за специями.

Может правда подумать об отдыхе? Перед глазами Антонио мелькнули картины прошлого. Он путешествует. Проезжает пыльные итальянские деревеньки. Везде за ним бегут дети и собаки. Дети голодные и оборванные. Они тянут ручонки, он бросает им деньги.

Тот кому достался грош радуются, остальные бегут за ним в надежде что и им повезёт и богатый сеньор бросит ещё горсть монет. Так было во всех деревнях. Но, однажды… Долго бежал за ним мальчуган, повторяя одну фразу: «Senor, vi chiedo! Senor, vi chiedo!…». Антонио уже порядком отъехал от деревни, а оборвыш всё не отставал, пылил тонкими ножками по дороге из последних сил. Наконец, силы его кончились, он упал и не поднимался.