Неверная

Ничего не имею против, но она не учла, что я терпеть не могу поэтесс и этих восторженных, слегка перезрелых и немного серых девиц. Кажется и кожа у них становится серой, потому и зовут их серыми мышками. Словно они не видят солнца, сидят за своими книгами днём и ночью, и сереют в своей, совсем не милой, а даже немного глупой восторженности.

Короче, девица не по мне.

Еле-еле вечер отсидел, а мама всё не отпускает, всё рассказывает истории, девица стихи затянула.

Бред…

Потом, когда уходил, мама до калитки провожает, а сама вьётся, в глаза заглядывает.

– Ну как понравилась Светлана? Она учительница, русский язык и литература. Девушка образованная, скромная, и родители приличные люди.

– Кажется, я это тебе уже говорил и не раз, не приглашай никого, а то не приеду. Потом сама будешь недовольна. Я с тобой еду пообщаться, а не с какой-то девушкой. Я их за неделю сотнями вижу, а тебя только через субботу.

– Так приезжай чаще, что мешает?

– Эх, мама, ты неисправима. Поверь мне, если я у меня появится девушка, ты первая об этом узнаешь, – я обнял её.

Мама маленькая, на две головы меня ниже.

– Ох, Платоша, я уже не знаю, что думать. А ты совсем обо мне не тревожишься, вот умру и не увижу ни внуков, никого. Тебе тридцать три скоро…

– Мам, ну хватит, правда. Одно и то же каждый раз. Прошу же, не приглашай, не нужно мне, сам разберусь…

Мама тяжело выдыхала и отпускала меня.

Машина несётся по трассе, из динамика тихая музыка. Вон и огни города показались. На часах почти одиннадцать.

Спать хочу. Сейчас приду домой, лягу и высплюсь, а завтра буду валяться в кровати целый день. Никуда не пойду. Мишка звал к себе, что-то там у него за праздник, я так и не понял, годовщина что ли?

Не хочу. Я так решил… Завтра отдыхаю, к черту всё…

Дзинькнул лифт. Я вышел, прошел по коридору и остановился…

На лестнице сидит она…

Руки сложила на коленях, голову опустила, кажется, что спит… Странная, второй раз её тут вижу…

Что за привычка на лестнице сидеть?

Только хотел спросить что-то, она подняла голову.

Глянула на меня и спросила:

– У тебя есть что-нибудь выпить?

От такого вопроса я остолбенел.

– Что?

– Глухой? – в голосе отчаяние.

– Я нет, просто показалось, вы спросили, есть ли выпить?

– Так есть выпить?

Я повернулся в нерешительности, глянул на дверь своей квартиры, а потом в состоянии безоговорочного согласия, ответил:

– Есть, пойдёмте.