Искушение для темного короля

Люди забыли, что, когда она стала королевой, наследнику уже было пятнадцать, а ей всего на пару лет больше. И если Фенимор II чуть старше шестидесяти пяти, то вдовствующей королеве никак не может быть почти сотня лет.

Вот уже несколько недель всё, казалось бы, должно было рухнуть: ибо франкийский королевский двор лихорадило так, что тряслась от страха вся Франкия. После совершенно внезапной смерти наследника престола, король Фенимор II слег с сердечным приступом. Это было неудивительно: король до безумия любил сына.

Мальчик родился в том возрасте, когда его уже никто и не ждал, и стоил жизни своей матери – не сразу, конечно, но после родов она долго болела и так и не оправилась. Что будет, если король так и не встанет после удара, страшно было даже представить. Следующий наследник, его старший племянник, даже не думал о престоле, поскольку имел магический дар темный и опасный, предпочитал заниматься научными исследованиями и к власти не рвался. Фактически, страной управляла сейчас вдовствующая королева. Впрочем, ничего нового, не так ли?

– Как всё прошло? – отрывисто спросила Бертильда у министра ди Оливьеро. – Что он сказал?

– Послал меня в далекое светлое будущее, – пожал плечами старик. – Как мы и ожидали. Но в целом он не агрессивен, я бы даже сказал, весьма вежлив.

– Это хорошо, – согласилась королева. – Маркус хотя бы умный. Король из него выйдет никудышный, но уж всяко лучше, чем из Жакома или Филиппа.

– Он предложил посадить на трон сына Элиссии, – усмехнулся министр.

– Я бы тоже с радостью позвала сына Элиссии, – нахмурила брови королева. – Вот только это тоже самое, что подарить Франкию Браенгам. А я, знаешь, как-то привыкла к своей стране с теми границами, какие есть.

– Маркусу нужна жена.

– У Генриха есть невеста. Ее и возьмем, – отмахнулась королева.

– Вряд ли она согласится. У них любовь была с Генрихом.

– Я тебя умоляю, какая любовь? Генрих был мужеложцем. Женщины его вообще не интересовали!

– А девочку он любил, как мне кажется.

Она такая миленькая… может, и получилось бы всё у них.

– Теперь-то о чем говорить? – фыркнула женщина в черном. – Теперь пусть Маркус ее полюбит. Или не полюбит. Главное, чтобы женился. Я его навещу лично, только пусть помаринуется вначале. Он мальчик умный, сам поймет, что к чему. А в Славию письмо отправь, пусть едут. Подумаешь, принц другой! Мелочи жизни. Главное – власть.