Охота на волка

Что дальше?

Резким движением открыл заднюю дверь и свалился на сидение.

– Поехали, – прохрипел слабо.

Я в ужасе дергаю ключ зажигания, мотор заработал, вселяя надежду на спасение.

Педаль, рычаг, сдаю задом, выезжаю из открытых ворот. Резкий разворот.

Я не слишком хороший водитель. Десять часов автошколы, и пару раз по трассе с Тимуром, вот вся моя практика. Сейчас я об этом забыла, просто по инерции и под страхом, нажимаю на давно забытые педали.

– Что с вами, вы ранены? – кричу, но человек уже не отвечает.

Я в панике. Куда ехать, что делать?

Теперь, в ещё большем непонимании, чем когда на меня наставили пистолет.

– Что делать, боже мой? Что делать, мамочки? Нужно ехать в больницу Лиза, – сама себе отвечаю.

– Никакой больницы, – слышу его голос, – меня сразу повяжут. Поезжай за город. Там бросишь меня и уедешь на попутке. А хочешь, бросай здесь.

– Нет, я не могу! – кричу в панике, вам нужен врач.

– Брось нахрен. Мне уже ничего не нужно. И никто не поможет. Всё отстрелялся Андрей Волков, санитар хренов.

Останавливай и вали.

Его голос слабеет с каждым сказанным словом. И я боюсь не успеть. Но как могу отвезти его в больницу, если там его сразу арестуют. Ещё вчера я была бы рада этому обстоятельству, но сегодня всё поменялось. Неожиданно и непонятно почему, но я не могу допустить, чтобы его забрали в полицию.

– Не говорите так, – кричу в ответ, чтобы он не терял сознание, – тот человек сказал, что вы людям помогаете.

– Что? – в зеркале заднего вида показалось его лицо, – какой ещё человек?

Грозный взгляд, человека уставшего.

Не слабого, а уставшего.

– Когда вас не было, приходили двое. Один защищал вас. Оправдывал ваши поступки.

– Что за хрень ты несёшь, зачем он меня защищал? – смотрит в сторону и пошатывается от движения машины.

– Откуда я знаю. Сказал, что у вас умерла жена…

Дальше мы ехали молча. Некоторое время в тишине.

Сейчас я уже не чувствую себя жертвой, а скорее человеком от которого зависит дальнейшая судьба этого мужчины.

Я чувствую его беспомощность, но не могу воспользоваться ей, так как казалось бы нужно. И не могу оставить его, потому что сейчас я единственная кто может помочь.

– Так это правда? – смотрю в зеркало и снова встречаюсь с его взглядом.

– Да.

В этом – да, ответы. Я их почувствовала. Вот оно что. Вот почему он такой. И хоть я ничего не знаю, но почему-то сразу за всё оправдала его и даже простила его грубые действия. Нет, он не может быть убийцей.