Девятый

В этом возрасте мальчик и будет находиться всю свою жизнь, практически не меняясь.

– Это отличная новость. Необходимо установить, каким образом организму Девятого удаётся это делать. Выделить все отвечающие за вечную молодость соединения, попытаться синтезировать их и провести испытания. Если нам удастся создать препарат, поддерживающий молодость, можно смело записывать глав сильнейших родов в слуги рода. Они будут готовы пойти на всё, чтобы до конца жизни оставаться молодыми. А вот и мой бриллиант.

Они с Климовым встали достаточно далеко от прутьев, прекрасно зная, что Девятый может кинуться в любой момент. Мальчишка стал намного умнее и теперь не выплёскивал всю энергию, оставляя её для подобных случаев. Да и его энергетическое лезвие выросло до тридцати с лишним сантиметров.

– Я чувствую, что смогу сейчас прикончить вас обоих всего за пару секунд. – сказал Виктор.

После того как битва со стеной была закончена, Виктор начал отжиматься и уже совершил больше сотни повторений, но даже не запыхался.

– Этого я не могу тебе позволить сделать, а вот стать идеальным оружием в моих руках запросто. Уже завтра ты будешь называть меня хозяином и выполнять любое моё поручение. Надеюсь, что я останусь доволен твоей службой. И за всю жизнь тебе не расплатиться со мной за утрату руки.

Услышав эти слова Девятый яростно закричал и бросился на решётку, выпустив при этом энергетические лезвия, которые не достали до Кианга сантиметров десять.

– Пока ты слишком слаб, чтобы представлять для меня угрозу. А к тому времени, как наберёшься силы, уже будешь виться у моих ног, словно послушная собачонка. – сказав это Кианг, ухватил Девятого за руку и кивнул Климову.

Учёный достал инъектор и вколол мальчику препарат, без которого все их планы не стоят и выеденного яйца.

Препарат был сделан на основе генетического материала Восьмой, и поэтому тело Девятого не могло бороться с ним.

Виктор стоял и с ненавистью смотрел на своего врага, пока в глазах у него не начало мутиться. Мальчик тряс головой, пытаясь избавиться от этого состояния, но делал только хуже. Сознание отказывалось ему подчиняться, устраивая что-то невероятное. Вскоре к круговерти прибавились какие-то голоса, которые мальчик не мог разобрать.