Жанна д'Арк из рода Валуа. Книга первая

Долгие переезды с места на место не были такой уж редкостью в те смутные времена. Короли, королевы, принцы, герцоги, дворяне помельче, но достаточно зажиточные, чтобы позволить себе переезд, не сидели подолгу в одном и том же замке, а кочевали не хуже цыган. В путешествие отправлялись со всем скарбом, двором и с мебелью, снаряжая такое бесчисленное количество повозок, что первая уже подъезжала к месту назначения, а последняя только тянулась из ворот покинутого замка.

Потому кортеж принцессы Арагонской привлекал внимание не столько самим фактом своего передвижения по стране, сколько роскошью и представительностью.

В каждом городе, ко всякому постоялому двору, где общество останавливалось для отдыха, сбегались десятки зевак. Разинув рты, они рассматривали гербы, в которых далеко не все что-то понимали, но зато все могли оценить обилие золота на повозках, и драгоценных мехов и тканей на приехавших.

После разорительных военных налогов и недавней чумы, великолепие обоза рождало в людях не столько зависть, сколько изумление – неужели ещё возможно так жить?! Часами стояли они и наблюдали за этими мимолётно навестившими их небожителями, не замечая, что так же подолгу из окна отведённой ей комнаты наблюдает за ними приезжая принцесса…

Уже в Тулузе поезд догнал выздоровевший духовник Виоланты.

Это был францисканский монах по имени отец Мигель. Одевался он – как и положено – в коричневую сутану, подпоясанную веревкой. Плечи и голову покрывал грубым коричневым плащом с капюшоном, и только на ногах, по случаю холодов, красовались меховые сапожки, имевшие, впрочем, весьма потёртый вид.

На недавно болевшего отец Мигель похож был мало, благодаря круглому веселому лицу со свежим румянцем. Но герцог ди Клермон посоветовал всем лишних вопросов о монахе не задавать и, вообще, меньше задумываться на его счёт.

– Он – то ли провидец, то ли колдун, – доверительно шепнул герцог её светлости де Блуа. – Порой такие вещи говорит – волосы на голове дыбом встают! Когда ехали через Кастилию, случай был: утром седлаем лошадей, а он идет мимо и говорит Жану, моему оруженосцу: «Увидишь волка, не гонись за ним».

И дальше себе пошёл. Мы, естественно, ничего не поняли, а Жан предположил, что монах просто плохо говорит по-французски и сказать хотел что-то другое. Но днём, около полудня, смотрим – наперерез волк бежит. Мы все, конечно же, вдогонку, и Жан из нас – самым первым.