Байки Лопатина

Выкрасил в зелёный цвет, голову приделал из колпачка от очистительной установки, пять глаз из стеклянных капель, да ещё ресницы длиннющие. Хорошо получилось. А внутрь курицы вставил каркас из проволоки, чтобы форму держала. И стала она у меня инопланетянином.

Посадил я её метрах в двухстах от корабля, среди растительности.

На следующий день Татьяна выпустила роботов. Автоматические анализаторы были в её ведении: пока все здоровы и контакт устанавливать не с кем, дел у неё особых не было. Конечно, биомассу сразу обнаружили.

Сфотографировали, поместили в контейнер.

Татьяна переполошилась: единственное найденное на планете животное. Температура тела близка к температуре окружающей среды. В чём дело? То ли оно в принципе холоднокровное, то ли неумелыми действиями единственного представителя фауны загубили. В общем, контейнер с курицей в лабораторию доставили. Прежде чем его открывать, Татьяна дистанционно провела весь комплекс анализов, чтобы не занести на борт инфекцию. Рентгенограммы в различных проекциях, голографическое изображение с моделированием кинематики движений.

По полной программе.

А потом открыла контейнер. Ты бы видел её лицо, когда она мою курицу «живьём» увидела! Как вспомню, до сих пор приятно. Только она ничего не сказала, помолчала немного, видно, про себя до десяти считала, повернулась и ушла.

Народ не оценил. Все какие-то угрюмые стали. Одни считали, что Татьяна правильно взбеленилась, другие – что пошутить не грех. Со мной она, конечно, после этого разговаривать перестала.

Даже замечаний не делала. Проходила мимо, будто я пустое место.

– А ты чего хотел? Медаль на грудь и пирожок с клубникой?

– Не, мы с ней потом помирились, даже подружились. Через неделю я на «весёлую капусту» облокотился. На Татьяну, кстати, загляделся. Делал что-то на поверхности, а она мимо шла.

Походка у неё была – я те дам. Как мешок с картошкой, но шустрый такой мешок. Я и загляделся. А «капуста» эта, пока свернутая, просто большой шар. Но если до неё дотронешься – вмиг разворачивается.

Края у листьев острые. Хищная она. Листьями этими неосторожное животное разрезает, да так, что оно к ней в сердцевину падает, а потом переваривает. Меня она, конечно, не съела. Не по зубам ей Гаврилов. Но руки чуть было не лишился. Татьяна выручила. Как за дитём малым, за мной ходила. Тут уж не до обид. Как-то так получилось, что и задираться мы перестали.

– Так ты говоришь, там животных нет?

– Это мы тогда просто не знали.