Билет на Землю

А кому?

И тут Джонса осенило! Надо доложить по начальству. Достанется этакая красота майору, или тому придется уступить ее самому министру? А вдруг и до его светлости, господина регента дойдет? Это Джонсу было все равно. Главное, чтобы про него не забыли. А за такое известие и лейтенантом можно стать.

Проводив приятеля, чтобы чего не вышло, до самого дома, сержант направился в участок. Его начальник, лейтенант ТомА, все еще сидел над бумагами. Завидев подчиненного, он заволновался. Никак что-то произошло на территории их участка? Но Джонс поспешил разубедить лейтенанта.

Тома сразу смекнул, что полученная сержантом информация может прийтись по вкусу наверху. Джонс убедительно просил не забыть, кто принес лейтенанту добрую весть, но тот и сам был не прочь поощрить старательного подчиненного.

В результате известие о появлении в городе девушки с волосами из чистого золота достигло ушей Первого министра. Озабоченный пропажей выуженного из параллельного мира парня, министр отвлекся и расслабился. Следовало все продумать, узнать, кому еще известна история красотки.

Может быть, о ней уже слышали при дворе? И где ее искать?

Так над семьей Алеза сгустились тучи.

Первой, кто даже раньше министра узнал об Эрмине, была Альбидария. Начальник Джонса, толстый Тома, мечтал оказать услугу доброй госпоже. Нечего и говорить, что он известил ее даже раньше, чем своего командира. Это позволило придворной даме первой сообщить новость регенту.

Первый министр подозревал что-то в этом роде, но не слишком беспокоился.

Оставить девушку для себя он бы не рискнул: выгода сомнительная, а попасть в опалу можно легко. Однако следовало все же ее найти, а заодно решить, что должен думать о ней Резегемут. Регент любил, чтобы все проблемы решались сами собой, и первый министр старался его не разочаровывать. Ради сохранения приличий Резегемут вынужден был скрывать своих женщин даже от придворных. То есть о них знали многие, но те, кто решался открыть рот, оказывались на острове или даже на плахе. Поэтому если правителю придет в голову мысль сделать златовласку любовницей, устроить ее надо неподалеку, но не во дворце.

Разговор с регентом откладывать не следовало. Легко соглашавшийся с любыми доводами правитель был, однако, весьма упрям. Если кто-то другой подаст ему мысль, как поступить с еще не найденным сокровищем, переубедить его станет трудно.

Не теряя времени, первый министр отправился с покои своего повелителя. Резегемут пребывал в прекрасном настроении.