Слезы нильского крокодила

— Ой, а где Петя? — спохватилась Степа.

— Петя твой уже, наверное, полресторана съел, — намекнула Алина на неумеренный аппетит Куликова. — Если ты не поторопишься, то, боюсь, половине туристов обеда не достанется.

Алина хихикнула. Степа, обидевшись за мужа, надулась и пошла вперед.

— Ой, да ладно, я же пошутила, — бросила ей вдогонку Алина.

— Алина, нам не до шуток, — с мрачным видом покачала я головой.

— А что случилось? — насторожилась Алина, с которой я не виделась с утра. — Ты не встретила Оксану? Что-то с самолетом? С автобусом? Они тут так часто бьются.

Или она вовсе не прилетела? Мы прогорели на путевках?

— Алина, не тарахти, — поставила я заслон нескончаемым вопросам. — Дело очень серьезное. У нас намечается убийство! — Слово выскочило само собой. Я прикрыла ладонью рот, но было уже поздно.

— Что?! У кого — у нас? У тебя и Степы? Или Куликов решил кого-то замочить? Кого? Меня? Тебя? Чтобы мы не мешали его романтическому путешествию с женой? Да? Ну вы даете! — засмеялась мне в лицо Алина.

 — Я думала, что и впрямь что-то случилось, а вы меня разыгрываете.

— Нет, ты послушай. Оксана с дочками прилетела. Но если бы ты знала, с какой целью! На корабле — Василий, да не один, а с новой женой. Мне страшно подумать, что может быть! А тут еще Степа взяла с собой книгу Агаты Кристи «Смерть на Ниле». Быть беде! — запричитала я.

— Еще накаркаешь! — шикнула на меня Алина. — Знаешь, кого ты мне в данный момент напоминаешь? Невесту из притчи. Пришли девушку сватать.

Как в деревнях принято? Сватов накормить, напоить. Послали невесту в погреб за вином. Стала она спускаться с кувшином, видит, а в потолок, в балку, на которой потолок держится, топор вбит. Смотрит девушка на топор и думает: «Вот выйду я замуж, рожу ребенка, вырастет он, пошлет его отец в подвал за чем-нибудь, а топор упадет и убьет его». Стоит девушка, слезы льет час, другой. Хватились ее родители, жених, сваты. Пошли искать. Нашли по колено в слезах. Спрашивают, из-за чего она плачет. Она возьми и расскажи про ребеночка и топор. Посмотрел на нее жених и передумал жениться … на такой дуре.

— Понимаю, аллегория, — протянула я и уточнила: — Я, что ли, дура?

— Сама подумай, зачем Оксане убивать жену Василя? Нервы подпортить — это да. Я бы и сама с удовольствием в Оксанином спектакле поучаствовала, так сказать, из женской солидарности, но, увы, должна блюсти приличия. Как-никак мы дамы с тобой деловые, представляем туристическое агентство.