Иные

Зная, что с тобой все в порядке, я спокоен.

Девушка подняла заплаканное лицо к мужчине и нежно погладила его по щекам.

– Это так тяжело, Ян, жить без тебя. Чувствовать свою огромную вину перед тобой и быть не в силах хоть как-то облегчить твою ужасно несправедливую участь.

– Прекрати! – он слегка встряхнул ее за плечи, – перестань пороть чушь, – интонация его голоса изменилась, в ней явно зазвучали стальные ноты. – Если не можешь адекватно воспринимать ситуацию, нехрен было сюда соваться! – зло выплюнул он, но тут же снова прижал ее к себе.

Невооруженным взглядом было видно, что эти двое испытывают друг к другу сильные чувства. Зак стиснул зубы: когда-то и он переживал подобное…

– Инна Яковлевна, пора открываться! – крикнул сопровождающий охранник из недр библиотеки.

Девушка нехотя отстранилась от зэка, прочистила горло и громко ответила:

– Уже!

Тот отступил на шаг, намереваясь уйти, но все еще держал ее за руки. Вдруг девушка испуганно ахнула и уставилась на Захара. До чего ж было его удивление, когда в развернувшемся за взглядом девушки парне он признал товарища по несчастью, на нагрудном значке которого значилось, помимо номера отряда, «Ростовских Я.

Я.». Тот вплотную подошел к Заку, сверля его хмурым взглядом, и тихим низким голосом не то приказал, не то попросил:

– Ты ничего не видел.

Захар выдержал взгляд и лишь неопределенно хмыкнул. Они были одного поля ягоды. Беркутов просидел уже два года, когда с очередной партией новеньких привезли этого – угрюмого, молчаливого, нелюдимого.

Он также прошел испытание «сестрами» и с боем отвоевал себе неприкосновенность. Из всей оравы узников они сразу учуяли друг в друге равных соперников, но смекая, что делить им, в общем-то, нечего, не спешили устраивать потасовку на ровном месте.

– Что вам? – безразлично спросила девушка, когда громила ушел, а Захар занял его место.

Она успела вытереть щеки, но глаз не подняла.

– А большой выбор?

– Вам хватит, – грубовато ответила та, намекая на ограниченность его ума.

– «Отверженные».

Тут она вскинула на него удивленно-скептический взгляд, даже бровь приподняла.

– Осилите? Может, что попроще? «Кошмар на улице Вязов»? «Кладбище домашних животных»? – начала с издевкой перечислять почему-то детские ужастики.

То есть этот мудак ее расстроил, а она на нем – Заке – срывать злость будет? Ага, разбежалась.

– Так и скажи, что нет нихуя в этой сраной библиотеке! – гаркнул тот и развернулся, чтоб уйти.