Цветок бархана

Надеялась только, что в широких карманах того припасена еще пара драгоценных вещиц, а там и она подоспеет со скорпионом.

И, бросив еще два клинка, стражница рванула к казармам.

Внутренний двор закончился быстро: бежать без погони было в разы легче. Да и кованные масляные лампы, испускавшие золотистое свечение, помогали безошибочно находить дорогу. И спустя несколько десятков шагов перед Гюрзой расцвел халифатский сад.

Облако сладких ароматов мгновенно окутало беглянку. Забрало ставшую уже привычной за день боль и поселило вместо нее воздушную легкость.

А фата подумала, что легенды об этом месте ходили не зря.

Все так: халифатский сад – не сад вовсе – но место родовой силы славной династии Аскаров. Само сердце города-оазиса Аль-Акки. И, верно, жив он не только глубокими водами подземных родников, но и стараниями придворного чароведа: все же, любую силу нужно беречь.

Нога по щиколотку утонула в бархатистой зелени, а неосторожное касание о сиреневый бутон подняло в воздух облако желтой пыли.

В носу неприятно защекотало, заставив Анису чихнуть: пыльца оказалась крайне удушливой. Только бы не сонной…

Пришлось задержать дыхание: мало ли? Садовники Великого Халифа собирали растения далеко за пределами Южных Земель, и одним только старым богам было известно, что могли эти травы.

Гирлянды разноцветных тюльпанов скоро остались позади, а стражница подобралась к изящным альстромериям. Это место она знала хорошо: дорожка за ним выныривала к небольшому озеру, вода которого была кристально чиста, а дно – неизменно глубоко.

Бросишь камень – и взгляд долго любуется медленным ходом тени, что теряется в прозрачной синеве.

У озера сидела женщина. Не сама, конечно, – камень. Изящный мрамор, принявший черты любимой наложницы старого Халифа. И пусть путь к казармам через воду был в разы короче, второй раз за ночь встречаться с белым камнем фата не желала. Мало ли?

Нужно свернуть вправо. Незаметно обойти стайку цветных попугайчиков и обогнуть казармы со стороны песков, пусть даже и потеряв десяток драгоценных минут.

Получится?

Аниса не знала. Боялась, что птицы смогут разглядеть ее сквозь защитный полог джинной бутылки. Они ведь не так слепы, как люди… Не почуют ли ее запах, прокричав, как обычно, имя Гюрзы? Пернатые любопытны, а эти – и вовсе.

Любимцы Светлейшего. И все как один – говорящие.

Живот скрутило от страха, а стражница осторожно ступила на цветастый ковер.