Не смей меня касаться

– Ого, Танюш, у тебя появился кавалер?

«Юля, – мысленно возмущалась я, – ну нельзя же быть такой откровенной».

– Александр Иванович уже уходит, – в моем голосе слышался арктический холод.

Выдернула руки из жаркой хватки мужских пальцев и, не оглядываясь, пошла к подъезду.

***

Конечно, чуть позже Юлька опять заползла ко мне в постель.

– И кто это был, Таня?!

– Так, один знакомый.

– А мерин его?

Ненавижу этот молодежный сленг.

– Угу, – недовольно пробормотала я.

– А ты знаешь, сколько стоит подобная тачка?

– Догадываюсь.

– Думаю, примерно как наша квартира.

– Не-а, как наша квартира, плюс еще дача в придачу.

Такая уж у меня работа – все считать.

– Офигеть… – ошалело произнесла Юлька. – И где ты умудрилась подцепить такое сокровище?

– Я его не цепляла, Юль. Но знаешь, хорошие финансисты вращаются в весьма денежных кругах. Так что зря ты пошла учиться на журналистку.

– Тань, если вдруг выйдешь за него замуж, не забудь, что сестренка нуждается в улучшении жилищных условий, желательно на берегу моря, лучше Средиземного.

– Дура ты, Юлька, он богатый сукин сын, а ты глупости говоришь.

– Богатый сукин сын, звучит заманчиво. Я бы на твоем месте хорошенько подумала, как его основательно очаровать.

– Дурища, – беззлобно сказала я, стукнув Юльку подушкой по башке.

Глава 3

Утром в понедельник мне снова доставили большущий букет ярко-красных роз. Без карточки. Зачем наводить таинственность?

– О, Тань, у тебя, кажется, появился какой-то тайный богатый поклонник, – слегка завистливо произнесла моя коллега по работе Ирина – высокая, и, несмотря на все старания похудеть, кажущаяся крупной девушка.

– Видимо, да…

– И что, ты совершенно ни в зуб ногой, кто это может быть? – опять стала выпытывать Ира.

Бросила взгляд на часы, украшавшие одну из наших стен. Почти десять. С дымящейся чашкой кофе подошла к окну. Вот он, мой зуб, во всем своем великолепии, безупречно красивый, выходил из безупречного дорогого мерседеса представительского класса.

– Без понятия, – чуть покривила душой я.

– Как романтично! – закатила коллега глаза.

Романтика продолжалась еще три дня. Больше ваз у нас в офисе не нашлось. Девочка-мечтательница млела от запаха роз, коллеги косились, а Стас Самойлов, когда мы столкнулись в коридоре, смотрел отчужденно. Значит, в курсе обрушившегося на меня цветочного изобилия, значит, точно не он. Впрочем, я не слишком сомневалась, такая уж у меня работа – все считать.