Между двумя мирами. Школа выживания

Все молчали и не шевелились. Стражи примерялись, под каким углом скрутить хрупкую девушку, чтобы она не скончалась на месте, а я не могла избавиться от дурацкой мысли, что просто не имею права сесть в каземат без исподнего… В камерах же ужасно грязно.

– Можно мне переодеться? – наконец с трудом проговорила я.

Глава 2

Хорошая девочка Тихоня Лерой

– Ты будешь говорить или нет?! – Дознаватель шарахнул по столу кулаком. Подпрыгнули самописные перья и бумаги, а я вжала голову в плечи.

К середине утра в комнате для допросов, похожей на каменную клетку, царила невыносимая духота. Воздух казался липким и смрадным. Я тишком следила за беснующимся стражем и не открывала рта. По его лицу тек пот, воротничок рубахи промок. Когда он поворачивался спиной, между лопатками темнела влажная клякса.

Не добившись угрозами никакого результата, страж решил поменять тактику. Уперся большими ладонями в крышку стола и зачастил отеческим тоном:

– Девочка, ты понимаешь, что обвинение в пересечении границы поставит крест на твоем будущем? А ты, говорят, башковитая.

Отличница. Ты знаешь, что тебе светит пятнадцать лет на каторге. Ты оттуда в похоронной урне уедешь. Давай сотрудничать? Обещаю год в исправительном доме. Всего год без магического света, даже руны не придется заново учить. Просто назови имя организатора.

В горле ужасно першило, то ли от прогулок по осеннему лесу, то ли от жажды.

– А можно мне водички? – прокряхтела я.

– Ты издеваешься? – рявкнул страж, выкатив глаза. – Ты открыла рот, чтобы попросить водички? Да ты у меня тут от жажды сдохнешь, пока не выложишь, кто устроил ваш поганый шабаш! Скажи, тебе что, совсем не страшно потерять дар?

– Извините… – Я уставилась на грязный воротничок, врезавшийся в кадык стража. – Не подумайте, как будто я тут умничаю, но вы читали мою личную грамоту? Там должно быть сказано, что я обладательница Истинного света, мой дар невозможно перекрыть.

И как бы вы мне ни грозили…

– Да ты охамела вконец, финтифлюшка! – завопил дознаватель и закашлялся, поперхнувшись собственной слюной.

Подлец схватил глиняный кувшин с водой и начал пить жадными глотками. А чтобы, видимо, добить меня окончательно, выплеснул остатки в пятерню и обтер взмокший затылок.