Надежда Феникса

Но ладно бы зеркало, я! То есть мое отражение!

Нет, лицо осталось моим, совершенно точно: все, что было при мне в тот вечер, когда я выходила из кафе – осталось при мне. Губы, скулы, нос, черты лица, цвет глаз – пронзительно-голубой, как весеннее небо, а вот волосы… волосы утратили привычный каштановый цвет и стали ярко-красными, не то в рыжину, не то в земляничный оттенок, как будто я переела вышеупомянутых ягод.

Хотя скорее уж мухоморов. Судя по тому, что мне мерещится.

Зажмурившись, крепко ущипнула себя за руку, ойкнула, а когда открыла глаза, ничего не изменилось.

Совершенно. Ничегошеньки! Передо мной по-прежнему стояло несовременное зеркало, меня окружала несовременная комната, сквозь пятки втекал холод от многовекового несовременного камня.

Я подняла руку, и отражение повторило за мной. Коснувшись своих ярких прядей, провела ладонью по шелку волос. Длина у них тоже не изменилась, да и вообще, создавалось такое ощущение, что на двадцатом году жизни меня кто-то выкрал в средневековый замок, чтобы переодеть в эротическую ночнушку и покрасить волосы в другой цвет.

Кто-кто… тот «поклонник»! Сумасшедший ролевик!

«Маньяк», – весело подсказал уставший от нововведений разум, готовый отключиться и оставить меня на съедение эмоциям и панике, но не успел. За дверью послышались шаги и я, подчиняясь инстинктам и интуиции, нырнула обратно в постель и закрыла глаза.

Как говорил Павел Воля в своем эпическом ролике про медведя, иногда лучше упасть и притвориться мертвым.

В данном случае я оказалась права и Павел Воля тоже, потому что, судя по звуку и тяжести шагов, вошли сразу двое мужчин, а с двумя справиться хрупкой, хотя и очень боевой, девушке не под силу. Поэтому, памятуя о том, что все должно быть естественно, я постаралась выровнять дыхание и провести разведку боем. То есть сном. То есть отключкой, в которой мне полагалось пребывать после того, как меня пихнули на полянку-галлюциногенку, и я треснулась лбом. На котором, к слову, не осталось даже шишки.

Мужчины прошли и остановились у кровати.

– Почему она не приходит в себя? – раздался резкий, нетерпеливый голос.

– Потому что упала и ударилась головой?

Сдается мне, он его уделал.

– Очень смешно, – повторил первый. – Просканируй ее. Я же не могу представить ее Фениксу в таком виде.

Да, не надо меня в таком виде никому представлять.