Надежда Феникса

Стоп… Что?!

Как следует обмозговать историю с Фениксом (это что, никнэйм такой?) мне не удалось, поскольку один из мужчин наклонился над постелью и поднес ладонь к моей голове. От ладони повеяло жаром, а мне захотелось вжаться в подушку, но очень скоро это ощущение прошло. Наоборот, от близости этой руки стало тепло, в меня словно втекали силы.

– Вот-вот проснется, – сообщил мужчина, убрав ладонь. – Судя по ее ауре, девушка уже полностью восстановилась, просто спит. Очевидно, сильно переволновалась.

И, судя по внутренним контурам, она сейчас в фазе быстрого сна. Видишь, как дышит?

Так, а можно без этого вот? А то я нервничать начинаю.

Преисполненная подозрений, что меня раскроют, я подумала, не открыть ли мне глаза до того, как это случится, когда мужчина продолжил:

– Если бы ты действовал аккуратнее, мне бы не пришлось ее восстанавливать, и она бы уже была у Феникса.

– Я действовал быстро, – донеслось раздраженное в ответ.

 – Она была в полушаге от пробуждения силы. Уверен, никто не хотел, чтобы с ней случилось то же, что и с ее сестрой, и нам бы пришлось ждать еще пару лет. Особенно Феникс.

То же, что и сестрой?!

– Что вы знаете про Веру?! – я спросила это раньше, чем села на постели с широко распахнутыми глазами. Наткнувшись на пристальный взгляд «поклонника» и стоявшего рядом с ним мужчины, который едва доставал ему до плеча и сейчас почему-то насмешливо смотрел на меня, положив одну ладонь на другую как тибетский монах.

Кажется, про фазу быстрого сна говорил он.

А я, кажется, спалилась.

Сглотнув, подтянула одеяло повыше – не то чтобы я сторонница пуританской морали, но сорочка действительно была очень прозрачная, а позволять всяким-разным рассматривать меня, как явно делал этот недогот-похититель – вот еще! Поэтому я прищурилась и поинтересовалась:

– Так что вы можете мне сказать?

Светлые, словно припорошенные серебристым инеем, брови мужчины взмыли вверх, а тот, что стоял рядом – невысокий, лысый, хлопнул его по плечу, усмехнувшись:

– А девчонка-то не промах.

Вы даже не представляете себе, насколько не промах.

– Итак?

– Оставь нас, Дорран, – приказал «гот», и представитель не-тибетской монахии в самом деле вышел, оставив меня наедине с мужчиной, одетом в стиле средневекового траура. Хотя ладно, наверное, все-таки не средневекового.