Палач

Раздавить или нет?

Демьян Осипов обладал запоминающейся внешностью. Высокий мощный шатен с тяжелым взглядом, от которого Оксана была готова заползти под стол. Его аура была под стать внешности: сильная, темная, пугающая и тревожная. Она словно поглощала свет, паутиной черного дыма расползаясь по комнате. Настоящее чудовище. Викинг не заставлял Оксану так нервничать, больше того, от его присутствия в комнате становилось светлее.

Демьян поздоровался, в его интонациях, взгляде и жестах явно ощущалось пренебрежение и превосходство, которые он даже не попытался скрыть.

– Располагайтесь, – холодно произнес он, кивнув в сторону диванов. Саша ответила отстраненно и холодно, что для нее было совсем не свойственно. Но прежде чем опуститься на диван не упустила возможности испытать свои чары на Михаиле – а именно так звали Викинга, коснувшись запястья мужчины. Оксана засопела от такой наглости.

«Я первая его увидела, сестренка», – так бы и сказала она, окажись они в другой ситуации.

Оксана нервно поерзала на диване, устраиваясь удобнее и стараясь не смотреть в глаза Демьяну.

Ее ладони вспотели, по спине стекал холодный пот. Не будь здесь Саши, Оксана бы рухнула на колени и умоляла пощадить, но присутствие старшей придавало мужества. К облегчению Оксаны допрос вел Михаил, который не спешил обвинять ее во всех грехах. Наоборот, выбрал мягкий тон.

– Вы последняя видели Филиппа живым, – начал он без предисловий. – Расскажите все, что помните.

Запинаясь, Оксана начала говорить.

Все, что запомнила, что она не заметила ничего необычного.

– Будем откровенны, Оксана. Вы могли выпить его силы и перерезать горло, чтобы замести следы.

– Нет, – выдавила из себя она и помотала головой, не сдержала смешок. Ничего себе «замела следы». Перерезанное горло куда заметнее инфаркта. – Я родилась чувствующей и с детства знаю правила. Вы же не суете руку в костер, чтобы согреться.

Ассоциация была не самой удачной, но Михаил ее понял. Он повернулся к Демьяну, словно спрашивая, если у того вопросы.

– Из любых правил бывают исключения, – коротко отозвался Осипов, пристально глядя ей в глаза, – а от ошибок никто не застрахован. Сорваться может каждый.

– Это могло случиться с первородной чувствующей, – возразила Саша, – но нас с детства…

– Помолчите, Александра, – Демьян даже не посмотрел в сторону сестры, но в его голосе прозвучал приказ «молчать», – а вот вас я с удовольствием послушаю, если есть, что сказать.