Похитители снов

Но на вопросы, где супруга и почему не заходит, сухо отвечал, что у нее умер отец и она вынужденно уехала. Ну не смог он сказать, что жены больше нет, язык не поворачивался. Не хотел никому показывать свое горе – все эти сочувственные вздохи и соболезнования абсолютно чужих людей ему сейчас были не нужны.

Алекс пил вино и не пьянел, боль не притупилась ни на минуту.

На пару с Димитрисом они уговорили половину здоровенного кувшина. Сначала сидели молча, затем старик кинулся в воспоминания – ему тоже захотелось выговориться, излить горе, да и закосел от вина.

Он вспоминал ремонт старого дома, успехи Мии в биологии, появление маленького Майка, множество мелких и незначительных деталей…

В какой-то момент Алекс не выдержал и сказал то, что терзало его все последние дни, видимо, тоже поднабрался:

– Я не смог ее выслушать про эти кошмары. Она все хотела рассказать, а я даже не слушал.

– Какие кошмары? – машинально спросил Димитрис, слабо соображая, о чем вообще разговор.

Седой пух стоял дыбом, левый глаз немного косил. Он всегда начинал косить, если дедок перебирал с выпивкой.

– Да какие-то ходячие деревья ей снились в последнее время.

Димитрис мгновенно протрезвел:

– И часто?

– Да почти каждую ночь. Иногда она даже кричала.

Ни слова не говоря, Димитрис вскочил и убежал в дом.

Алекс налил еще вина и залпом выпил полный стакан, боль все равно не отпускала, хоть утопись в этом вине.

Старик вернулся минут через двадцать и притащил толстую и довольно старую книгу.

В доме в одной из комнат расположилась большая библиотека, Алекс любил там проводить время, особенно зимой. Почитать про планету Мо, про разные исторические события и неизвестные ему галактики. Иногда попадались очень старинные и интересные экземпляры, но именно этой книги он раньше не видел.

Димитрис спешно листал страницы, пока не нашел нужную. На ней был изображен рисунок, тоже очень старый и довольно неприятный.

В кровати сидела испуганная фигура, натянув одеяло до самого подбородка, над ней нависало огромное дерево – черные голые ветви оплели всю комнату и потолок.

Длинные гибкие корни тянулись к шее несчастного, закручиваясь в узел, вроде удавки.

Если Ане снилось такое, то не удивительно, почему она кричала.

– Это она рассказывала? – старик ткнул пальцем в рисунок.

– Вроде да… только ее не душили, корни лезли к животу, она боялась за ребенка.

– Понятно… – протянул Димитрис.