Сердце Пожирателя

Майк помог встать мутанту. Отделали парня здорово – покалеченный Марк не мог разогнуться, еле шел, держась за живот. Били его умело, стараясь не оставлять следов на лице, но тело наверняка завтра будет синим от побоев. Дотащив Марка до санчасти, Майк втолкнул его внутрь здания и ушел, лишние вопросы ему ни к чему. Хотя, когда били мутантов, врачи резко становились глухими и слепыми, лишних вопросов не задавали. И так понятно, за что наваляли. Все мутанты— отбросы общества, и вдруг служат в рядах Королевских войск наравне с нормальными людьми, такое многим было не по душе.

Спустя неделю Майк встретил хромающего Марка в общей столовой, парня только что выписали из лазарета. Шайка сослуживцев мутанта больше не трогала, а Майка уже давно считали окончательно отбитым. Деревенщине терять явно нечего и дерется здорово, лучше с ним не связываться. Марка тоже бить перестали. Все пострадавшие с переломанными ногами и руками доносить на Майка не стали – признаться, что толпу будущих элитных бойцов избил один единственный колхозник, означало поставить крест на дальнейшей карьере.

Были бы нападавшие повнимательнее, сразу бы заметили, что неотесанная деревенщина дерется слишком профессионально, его явно кто-то обучал боевым искусствам не один год. На следующий день после драки Майк специально прошел вдоль складов и посмотрел, не засветился ли он на камерах со своими приемами. К счастью, именно в том тупике, где происходила драка, камер не оказалось. Через годик успехи в единоборствах уже можно списать на хорошую подготовку на местной военной базе, но сейчас еще рановато, привлек бы лишнее внимание.

Когда Майк в очередной раз плюхал себе помидорную подливку в мясо, рядом нарисовался Марк.

– Лучше ее не есть, – тихо сказал он, – там от помидора только название. А так генно-модифицированный энергетик, вызывает сильное привыкание. Попробуй воздержаться хотя бы неделю и увидишь, как ломает.

Марк, видимо, чувствовал себя обязанным и хотел как-то отблагодарить сослуживца.

Майк не собирался заводить с ним дружбу, как и ни с кем другим. Мутантам он просто не доверял, помнил наставления отца и деда. Да и остальным веры не было, в таких вещах лучше быть одиночкой, меньшая вероятность прокола. Но он все же спросил:

– А ты откуда знаешь?

– У меня обострен не только слух, но и нюх. Только я об этом не говорю, станут использовать как собаку-ищейку, – ответил Марк.

В этом мутант был прав.