Вдовы костяного дворца

Энн стояла как парализованная, не в силах пошевелиться, и даже не пыталась убежать, когда к ней потянулась длинная узкая рука в черной кружевной перчатке. Ее лишь немного подняли на небольшую высоту и тут же брезгливо отбросили в сторону, словно дама испачкала руку в какой-то грязи. Энн даже показалось, что белоснежная маска жестокой красавицы скривила свой бесстрастный рот.

Уже теряя сознание, девушка услышала шелест огромной бархатной юбки – дама равнодушно перешагнула через испорченную «куклу» и пошла дальше.

Очнулась пострадавшая уже в больнице: в вене торчала иголка от капельницы, в пустой палате, кроме нее, никого. Окон нет, только стеклянная перегородка, выходящая в коридор.

Как раз сейчас там стоял дежурный врач и внимательно смотрел на пациентку.

– Пришли в себя, замечательно! – фальшиво бодрым голосом сказал эскулап, входя в палату. – Спешу вас успокоить, вы не пострадали – небольшая гематома головы, но это пройдет. Все хорошо!

«И еще неизлечимая болезнь, которая не пройдет никогда, – добавил привычный мерзенький голосок в ее голове, – и душка-врач прекрасно об этом знает!»

«А что, ты хочешь, чтобы он сразу с порога сказал: “Здравствуй, дорогая пациентка, ты сдохнешь через год!”?» – зло парировала Энн мерзкому голосу, и тот ненадолго замолчал.

Он всегда затыкался, когда Энн злилась.

– Что случилось? – вслух спросила она.

Голос прозвучал очень тихо и казался совершенно чужим. В душе еще теплилась надежда, что страшный взрыв на заводе с тысячами погибших – дурацкие галлюцинации от очередной химиотерапии.

– На заводе произошла авария, специалисты сейчас разбираются. У вас небольшой ушиб головы, незначительное химическое отравление, а в остальном все хорошо!

«Вот заладил, как попугай: все хорошо, да все хорошо. У такого врача в могилу будут закапывать, а он прямо в гроб станет орать: “Все хорошо, вы прекрасно выглядите!”. Ох уж эти мне оптимисты! – отстраненно подумала Энн.

– А люди?

По тому, как врач старательно отвел глаза, Энн поняла, что погибших много. Страшный взрыв произошел наяву, а не плод ее больного воображения.

– Я точно не знаю, сейчас с этим разбираются, – промямлил врач и уже бодрее добавил: – Отдыхайте! Сейчас не время об этом думать. Все хорошо! – И быстро сбежал за дверь.

Энн устало закрыла глаза и откинула голову на высокую подушку.