Армагед-дом

На перемене вокруг него образовалась заинтересованная толпа; Лидка кружила вокруг да около, а потом прислушалась.

Спокойным, даже чуть усталым голосом проповедник рассказывал о человеческих грехах, в который раз переполнивших чашу терпения Его. Предлагал оглянуться вокруг, поглядеть на себя со стороны – все, все погрязли во грехе, и кто знает, смилуется ли Он на этот раз и откроет ли спасительные Врата, чтобы дать человечеству еще один шанс…

С неба опустится огонь. Из моря выйдут чудовища. Все, как обычно.

Лидка ощутила, как изнутри, откуда-то из живота, поднимается к горлу холодный сгусток.

…Доска объявлений оказалась сплошь заклеена листовками. Новыми, крупными, и фотография желтолицего была тоже новой, отличного качества. Слова «девятое июня» были выделены жирно и красным. И горела, корчилась в огне человеческая фигурка.

Листовки покрывали стены и столбы, трепетали краешками у входа в Лидкин подъезд, а одна прилепилась на двери как раз на уровне глаз.

Лидка против воли прочитала:

«Погибшие цивилизации не оставили после себя ничего, кроме пепла.

Жители исчезнувших городов так же верили в бесконечность… Сограждане! Наш мир доживает последние дни! Поспешим очистить души, ибо только те, кто чистыми предстанут… девятого июня…»

Нижний край листовки был оборван. Из-под неровного края выглядывал пошлый рисунок, и Лидка даже знала, кто его здесь нацарапал – один из отставных Светкиных ухажеров.

Но ведь проповедник в лицее говорил, что, хоть Он и разгневан, жалость, возможно, снова возьмет верх, и Врата откроются!

И проповедник не называл точной даты.

Он говорил «скоро» и в подтверждение своим словам делал широкий жест рукой, будто приглашая полюбоваться творящимся вокруг безобразием…

Двери открыла Яна.

– Что с тобой? Опять двойка?

Лидка молча прошла мимо, удалилась в свою комнату и плотно закрыла за собой дверь.

* * *

– Славы нету дома, – сказала Клавдия Васильевна Зарудная, жена депутата и Славкина мама.

 – Он у врача, лечит зубы. Позвони завтра, Лида.

Она собралась с духом:

– Прошу прощения… Андрей Игоревич дома?

Пауза.

– Андрей Игоревич дома, – сказала Клавдия Васильевна, и в голосе ее было вежливое удивление. – Но он занят.

Для храбрости Лидка напрягла мышцы живота:

– Прошу… прощения. Можно… позвать его к телефону?

Пауза.

– Он занят, Лида. – Голос уже прямо-таки ледяной. Следующим пунктом разговора будут короткие гудки.