Армагед-дом

И водила к врачу.

А потом был последний допрос. Незнакомый Лидке гэошник, толстый и печальный, долго рассказывал ей о своих теплых отношениях с покойным Андреем Игоревичем. Какой был человек, эх… Гибнут самые лучшие. Так она ничего не слышала? Жаль, помогла бы следствию… Ничего? Жаль. Ладно, иди, девочка, учись хорошо, Андрей Игоревич был бы доволен…

И повестки прекратились…

Лидка привычно вздохнула.

– Я взялся разбирать эти бумаги. – Голос Славки дрогнул. – Но как-то… тяжело. И времени… я же учусь.

Он говорил, будто извиняясь. Лидка опустилась в кресло для посетителей:

– Ты хочешь, чтобы я?..

– Ну да, – Славка обрадовался ее понятливости.

Убийц Андрея Игоревича отыскали спустя неделю после убийства на дне бухты. Чего и следовало ожидать. Одно время Лидка взяла себе за правило внимательно просматривать программу официальных новостей; она почти не слушала слов, зато внимательно вглядывалась в лица. Каждый мог оказаться заказчиком. Каждый.

В последний месяц она смотрела новости все реже и реже.

– Тут… серьезная работа… архивариуса. Рассортировать по годам, по темам… Составить каталог…

Славка коротко взглянул на нее – и покраснел.

– Что? – спросила Лидка.

– Это трудная работа, – сказал Славка. – Трудоемкая…

– Ты же знаешь, что я в экстернате. Времени у меня…

– Да, – Славка все еще был красен и смотрел мимо. – Но мама… она хотела бы…

Лидке на мгновение стало его жаль.

– Она хотела бы немножко оплачивать эту работу, – выдавил Славка через силу.

Лидка улыбнулась:

– Я не обижусь. У меня отец без зарплаты, мама без работы… Вся семья без денег. Я не обижусь, Слав.

* * *

– Тебя к телефону, – сказала мама. – Одноклассник.

– Алло? – спросила Лидка равнодушно.

– Это я, – сказал Рысюк. – Как делишки?

– Никак.

– Ты контрольные уже все перерешала?

– Какие контрольные, когда жрать нечего? – спросила она грубо. И, сказать по правде, преувеличила: макароны еще были.

– Ты помнишь, где я живу? – после паузы спросил Рысюк.

Она задумалась.

…Автобусы ходили редко, и Лидка, закинув сумку на спину, припустила рысцой. Давно не чищенный тротуар покрыт был подгнившим слоем осенних листьев. Стены домов пестрели обрывками объявлений, листовок, плакатов; «Сдам квартиру», «Кровососы убили Зарудного», «Все на площадь! Все на митинг!», «Помогите найти…»…

Она нырнула в переход.