Темный мир. Равновесие

– Я звоню, чтобы ты ложилась спать!

– Вроде как уже сплю, – пробормотала я вполголоса. – Проснуться бы…

– Это потому, что ты недосыпаешь! Поздно ложишься!

– Точно…

– Спокойной ночи!

– Спокойной ночи, ма…

Уже не заботясь о том, как бы не замарать руки, я в десятый раз перелопачивала испачканные кетчупом картонки, сигаретную пачку, бахилы, мятую бумагу и рваный полиэтилен. Урна сделалась огромной, бездонной, как шахтный ствол, урна казалась дырой в чужую реальность – как вдруг загорелся свет, белый и мощный, и осветил ее до самого дна.

Рядом стоял незнакомый парень. Луч фонаря, отражаясь от металлического бока урны, подсвечивал лицо этого нового персонажа, который появился молча, безо всяких предварительных заявок типа «Девушка, разрешите вам помочь», «Ой, а кто это здесь» или «Вы что-то уронили?».

В ярком свете я сразу увидела свой кулон на дне урны. Парень с фонарем наклонился, подцепил кулон за цепочку и поднял на уровень глаз:

– Вот это?

Я цапнула кулон – и на секунду зажала в кулаке.

И снова увидела мир измененным: человек передо мной казался вырезанным из горного хрусталя, его фигура светилась золотисто-зеленым. Фонарь лупил в землю белым лучом, таким ярким, что я зажмурилась.

Неожиданный помощник молчал. Другой бы на его месте уже сто раз прокудахтал бы – «Ой, что с тобой?», «Тебе плохо?», «Тебя проводить?».

– Спасибо, – пробормотала я, пряча свою драгоценность в карман.

Он кивнул, принимая благодарность. Я поняла, что, если сейчас начну с ним говорить, обязательно ляпну глупость.

А если промолчу – буду потом жалеть.

– Ты… всегда носишь с собой фонарь?

Нет, бывают и более идиотские вопросы. Но редко.

– Видишь, пригодился, – отозвался он кротко.

– Ты из университета?

– Второй курс. Мехмат.

– Общага?

– Нет. Мы с подругой квартиру снимаем. У знакомых.

Я перевела дыхание. Сейчас не время об этом думать… Но я, кажется, унаследовала от мамы ген полной неудачливости в личных отношениях. Если мне кто-то нравится – этот чел всегда не мой, и я гордо смотрю в сторону, мол, не больно-то надо.

Не унижаться же, не клянчить внимание, не лезть с умильной мордашкой в чужую равнодушную жизнь…

– Спасибо, – сказала я еще раз. – Пока.

Он кивнул и выключил фонарик, и тут меня будто за язык дернули.

– Послушай… А ты мне не одолжишь фонарь… на один вечер, а?

* * *

– Выключи свет! – крикнула Настя, натягивая на голову одеяло. – Можешь оставить меня в покое?!

Еще вчера я бы так и сделала.