Рожденная в полночь

– Меня зовут Велест.

– Очень… Очень приятно.

У Ланы сработали уроки этики, которые ей прививала бабушка – большая сторонница хороших манер.

Её реплика не могла не вызвать снисходительную улыбку у Велеста.

– Да неужели…

Несмотря на то, что Велест улыбался, он был в бешенстве. Эта девчонка посмела вмешаться, спорить с ним! Она бросилась защищать своего любовника! Заслонила собой отрепье в мужской оболочке!

Он готов был крушить всё вокруг, и ему стоило большого усилия сдерживать себя.

И сдерживался он тоже из-за неё.

Вернее, из-за того первого, самого яркого восприятия этой женщины. Он чувствовал, что если уничтожит её, то ему непременно станет отчего-то жаль. Возможно, день, а, возможно, и столетия. Потому что он не помнил, чтобы в последнее время хоть одна представительница прекрасного пола так сильно взволновала и взбудоражила его. И ему, по меньшей мере, следует попробовать её на вкус, прежде чем он решит, что с ней делать.

Забыть.

Или сделать своей игрушкой.

То, как она защищала мужчину, тоже произвело на него впечатление. Люди! Сколько в них бесполезных, никчемных эмоции и иллюзий! Зачем жалеть человека, который смеет врываться к тебе в квартиру пьяным, да еще и с нелепыми претензиями? По мнению Велеста, тот, несомненно, заслуживал смерти.

Но вампиру не хотелось пугать Светлану.

И, чего греха таить, он был ей благодарен.

Она помогла ему. В силу своих возможностей. И он это оценил.

Теперь, когда сила почти полностью вернулась к нему, а боль отступила, он готов был заняться женщиной.

Его до безумия раздражал нелепый свитер, который был на ней. К тому же, её одежда носила следы его крови, и ей следовало давно переодеться. И, желательно, в его присутствии.

Картина обнаженной Светы немного поубавила его гнев. Он явственно представил, как она медленно обнажается, стягивая сначала юбочку, оставаясь в чулках и трусиках, дразня его запахом возбуждения…

Он не будет торопиться и позволит глазам насладиться открывавшимся перед ним роскошным телом.

Велест едва вслух не застонал от картины, нарисованной его воображением. Инстинкты зверя требовали немедленно заполучить желаемое.

Светлана попыталась отодвинуться от него немного, близость полуобнаженного тела напрягала, и она неудачно переступила с ноги на ногу.