Та, что подарила сына

Демьян Валерьевич – она даже отчество его знала, потому что позавчера отец смотрел интервью с ним и приглушенно матерился – стоял у окна, которое располагалось рядом с нишей. Поэтому Юля сразу его и не заметила. Мужчина скрестил руки на груди. В отличие от охраны, на мужчине пиджака не было. Темно-синяя рубашка, рукава которой он закатал, обнажив крепкие кисти.

Высокий…

И об этом она тоже знала, потому что видела его в окружении охраны. Априори – охранники высокие крепкие парни. Тарисов им нисколько не уступал.

Ни в плечах, ни, надо думать, в крепости.

Лицо породистое. Это уже мамино выражение, что пришло в её обиход из литературы. Квадратный тяжелый подбородок, прямой нос с легкой горбинкой, глубоко посаженные глаза и широкие брови.

И очень цепкий, оценивающий взгляд.

От которого сразу же становилось не по себе.

Он давил. Даже подавлял. Взгляд, полный даже не превосходства. Чего-то другого. Власти.

Многие пытаются играть в тех, кем не являются на самом деле. Пытаются казаться выше, значимее.

Сорят деньгами, которых нет. Дают обещания, которые не сдерживают. Покупают вещи, что не по карману.

Юля видела таких людей. Попадались они и в отеле. Некоторые постояльцы платили сумасшедшие деньги за ночь, а потом устраивали разборки за лишнюю, как им казалось, строчку в квитанции.

Тут… другое.

Совершенно другое.

Юля даже не могла сказать что. Просто знала. Интуиция забилась внутри, точно птица, пойманная в силки.

Зачем председателю «Россбанка» потребовалась она? Скромная девушка, обычный администратор.

Сама того не замечая, Юлия задышала чаще и, нервничая, облизнула пересохшие губы и поправила край воротничка.

Что-то, наверное, надо сказать? Ей? Или как?..

За Седовым почти бесшумно закрылась дверь, и тогда Тарисов пошел в её сторону.

Вернее, к столу. Чтобы занять кресло, в котором сидел Илья Данилович.

Но почему Юле казалось, что идет мужчина на неё?

Всё же она перенервничала. И знатно. Потому что происходящее стала воспринимать неадекватно.

Надо успокоиться. Ничего страшного с ней не произойдет. Скорее всего, у Демьяна Валерьевича к ней какое-то предложение.

Господи, Юлия, ты о чем? Какое у него может быть к тебе предложение?

На тот момент Юля даже не подозревала, насколько она близка к истине.

Мужчина продолжал молчать.

Он сел за стол, положив руки на столешницу. Скрестил пальцы в замок. Взгляд Юли невольно метнулся к ним, и почему-то она обратила внимание, что обручального кольца он не носит.