Звезды и тернии

Пальцы прорезали судороги.

– Она не дает лекарств. Придется терпеть.

Тон Алены был спокойным, но не допускал возражений. Вега поняла, что спорить бессмысленно. Она натянула на голову свою кофту и попыталась уснуть.

* * *

Следующие дни в школе выдались один хуже другого. Нат не обращал на Вегу внимания и не подпускал к себе. Все остальные как с цепи сорвались. Поняв, что Вегу больше никто не защищает, и она безвозвратно потеряла прежнее положение, ребята дали себе волю. Они насмехались над ней, грубо толкались, ставили подножки, кидались сломанными ручками.

Вега, несмотря на боль, всегда замахивалась в ответ, и тогда обидчики жаловались учителям, что она затевает драку. Учителя тоже были рады отыграться за прежние мучения с непослушной девчонкой. Они с удовольствием ставили ей двойки по поведению и оставляли после уроков, не разбираясь, кто прав, а кто виноват.

Вега чувствовала себя все хуже – боль в руках была такой сильной, что ручка выпадала из сведенных судорогами пальцев, голова отказывалась соображать.

Ей поставили несколько двоек и единиц и пригрозили оставить на второй год, если она не пересдаст работы по систематике и потоковой физике. Вега пыталась объяснить, что неспособна учиться, но все было бестолку. Очень скоро она поняла: учителя прекрасно видят, как ей больно, просто намеренно игнорируют это.

Вега решила, что все устроила Евгения. Увидев ее руки сразу после Полигона, она коротко велела своему подчиненному забинтовать их, а Веге – никому ничего не показывать и не рассказывать.

Но знала ли она, как невыносимо болезненно это будет?

Отсутствие сна тоже не способствовало хорошему самочувствию. Маленький Тема продолжал плакать каждую ночь. На резкие реплики Веги никто не обращал внимания. Вскоре окружающий мир превратился в туманное место, где она почти не осознавала, что делает и говорит.

Наконец, когда боль превысила все пределы, Вега не выдержала и прямо на уроке попросилась выйти. Получив разрешение, она пошла не в туалет, а в медкабинет, чтобы сослаться на головную боль и попросить обезболивающее.

– Здравствуйте, – пробормотала Вега.

Новый медбрат повернулся к ней на крутящемся кресле. У него были длинные волосы, забранные в хвост, и несколько сережек в ухе. Если бы не серьезное лицо с намечающимися морщинами, его можно было бы принять за старшеклассника. Вега с трудом разобрала имя на его бейдже: Леонид.

– Привет, – ответил он.

– Можно мне обезболивающего? Голова болит.

– Присядь.