Золотой пергамент

 – Фигурально, – добавил он, поглядев в сторону окна. – Во-вторых, мне все же не кажется, что случится нечто подобное. По крайней мере, до тех пор, как мы объявим себя. Люди Градерона, что бы нам о них ни говорили, не глупы. Серьезно поменяв мироздание, они могут погубить и себя, и Градерон.

– Какое еще мироздание! Это же всего лишь мы! – вразумил Балиан.

– В первый раз вижу, чтобы Балиан так себя унижал, – восхищенно протянул Юан.

– Помолчи, я логично рассуждаю!

– Тогда приложи больше стараний, – посоветовал Кристиан.

 – Они не знают, насколько произошедшее встревожит Эндерглид. Представь, что в Дилан отправился бы сам Гволкхмэй. Или любой иной человек, по замыслам судьбы имеющий решающее значение для, скажем, Градерона – кто знает, как перевернется мир в ближайшее столетие? И вот, согласно пророчеству, написанному на пергаменте, этот человек погибает. Все планы судьбы нарушены. Более или менее благополучное существование мира под угрозой. Не говоря уже о том, что под «помехой» можно подразумевать все, что угодно. Пострадать могли совершенно непричастные люди, опять-таки имеющие значение для истории. Все это очень сложно и запутанно, Балиан. Поэтому золотой пергамент и перо ну никак нельзя давать в руки людям вроде тебя.

– Ты намекаешь, что какие-то там градеронцы умнее меня? – Балиан чуть не задохнулся от ярости. – Какие-то… Какие-то слабаки, прокравшиеся мимо меня, потому что побоялись затевать бой?!

– Не исключаю, что они пытались тебя разбудить, – сказал Кристиан.

– Но по себе знаю, что это бесполезно. Остается только поблагодарить бога за то, что у них хватило совести не убивать спящего.

– Так что нам теперь делать? – перебив очередную тираду Балиана, вмешался Юан, уже порядком уставший и сонный.

– Для начала утром поспрашиваем местных, что вообще в Дилане делается, – предложил Кристиан. – В любом случае, Врата Заката находятся здесь, и, может быть, кто-нибудь знает, где они. А сейчас давайте спать. Балиан, немедленно отойди от кровати Юана.

– Еще чего! – Балиан решительно откинул покрывало в сторону и, скинув сапоги, плюхнулся на кровать. – Пусть рядом ложится, если хочет, но на пол я не лягу. Можете угрожать, сколько влезет, не подействует.

– Еще как подействует, – возразил Кристиан. – Я, например, могу уложить Юана на другую кровать, а сам лечь рядом с тобой.

Балиан резко сел и воззрился на брата тоскливо-умоляющим взглядом.

– Эх, ну ладно, живи, – сжалился Кристиан.