Тетрадь в косую линейку

Они её от препарата отключат по регламенту, и она сдохнет через пару часов.

– Запомнил, – потрясённо подтвердил Димка.

– Вот и хорошо, – сразу поменял тон старик и с прежней благожелательностью в голосе продолжил: – Попробуй для начала подъехать к ней и хотя бы туфли снять.

Димка подъехал на коляске к торцу кровати, дальше она не проходила, потянулся, на руках заполз на животе на её край, улёгся в моих ногах и начал снимать правую туфлю. Получалось плохо. Ноги у меня опухли и туфля не снималась.

Надо было упереться одной рукой и сдернуть её другой, но лёжа на животе, с парализованными ногами, это было сложно.

– Понял. Придётся помочь, – проговорил старик, но вместо того, чтобы взять мою ногу и помочь снять туфлю, он резким рубящим движением ударил Димку по позвоночнику раз, а потом ещё и ещё.

Димка вскрикнул, дернулся, а потом безвольно обмяк на моей кровати.

Старик провёл рукой по его спине и обращаясь куда-то в пространство, но скорее всего, всё же ко мне, произнёс:

– Через час восстановится.

У меня столько ждать времени нет. Так что извини.

После этого снял туфли с моих ног, поставил их у края кровати, выключил в спальне свет и ушёл, захлопнув дверь.

Кот, дождавшись его ухода, спрыгнул ко мне на кровать, начал тереться о лицо, потом, видимо почувствовав, что я в отключке и помощь мне не особо требуется, пошёл к Димке и улёгся ему на спину.

Состояние у меня было странное, я не ощущала тела, не могла пошевелиться, и в то же время всё видела и всё слышала.

Запись двадцать восьмая. "Всё чудесатее и чудесатее", ощущаю себя Алисой из страны чудес.

Димка пришёл в себя действительно через час. С трудом пошевелился. Кот всё это время лежащий у него на спине спрыгнул, и Димка, пошатываясь, встал с кровати. В темноте сделал несколько шагов, запнулся о коляску, схватился за неё руками и неверяще выдохнул:

– Чёрт, мне это снится или на самом деле?

Я бы хотела ему сказаться, что он не спит, но не могла.

А он осторожно двигаясь и держась руками за стену, нащупал выключатель и включил свет.

Осмотрел всю комнату вместе со мной и помотал головой, пробормотав при этом:

– Да нет, не сплю вроде.

Потом взгляд его упал на капельницу и на жалкие остатки лекарства в пакете, которые докапывали последние капли, и он, смачно выругавшись, я и не знала, что он так ругаться умеет, метнулся к чемодану.