Ярилина рукопись

А Полина, решив, что нужно задавать более конкретные вопросы, чтобы получить от домового нормальный ответ, спросила:

– Но это место… Мы с Маргаритой больше не вернемся домой и в наши школы, к нашим друзьям?

– Вы уже вернулись, – уверенно кивнул домовой с таким видом, будто только что именно это и говорил. – Вы уже вернулись домой, мои феи. А школа – это все вокруг нас. Природа – это школа, школа, учащая нас терпению, любознательности, наблюдательности, силе. Люди вокруг нас – это школа…

– Так-так-так, хватит, – остановила его Маргарита.

 – Афанасий, вы всегда разговариваете… так пространно?

– Не всем дано увидеть главное в мудрой речи домовых существ, – не оскорбившись, ответил Афанасий. Затем он взглянул на заходящее солнце за окном и спохватился: – Поторопитесь, я должен покинуть вас.

– Ну хорошо. Сколько мы здесь будем… хм… жить?

– Сколько пожелаете. – Домовой спрыгнул со стула и направился к шкафу.

– Нет, Афанасий, постойте. Последний вопрос! – воскликнула Полина. – Все, что я помню из вчерашнего вечера, – это как стояла возле огромных городских ворот и мне страшно хотелось спать.

А проснулась я уже здесь, в Заречье. Как я сюда попала?

– По пространственно-временному туннелю. – Афанасий распахнул дверцу шкафа и исчез.

– Что? – Маргарита удивленно уставилась на то место, где только что исчез домовой.

Поздно вечером, лежа в постели, Полина долго думала над словами маленького человечка, пытаясь найти в них хоть какой-то ключ к происходящему. За окном монотонно и убаюкивающе стрекотали кузнечики, покрикивали ночные птицы и пищали комары.

Пальцы то и дело сжимали, в который раз пробуя на ощупь, льняной пододеяльник. На уголке были вышиты едва заметные буквы «П.Ф.». Ее инициалы. Значит, местные наставники тоже не знали ее тайны? По велению дяди она стала Полиной Феншо и теперь должна была привыкать к новой фамилии.

На полке в шкафу они с Маргаритой нашли сегодня два темно-серых льняных костюма с красными узорами на подоле рубашки и по низу свободных брюк.

«Для новолунных женских практик», – гласила приложенная записка, но ясности она не внесла. Там же, в глубине шкафа, лежали еще четыре белые рубашки почти до самых колен, постельное белье и широкие банные полотенца. В ванной комнате Маргарита отыскала корзиночку с душистым мылом, темные склянки с разными средствами и даже банку зубной пасты. Правда, по виду паста напоминала кашицу из перетертых трав, да и на вкус оказалась совсем непривычной.