Не верь, не бойся, отпусти!

Ой, погоди, телефон… – Она начала копаться в сумке, где разрывался телефон.

Звонил ее отец, успевший уже договориться в мидовской больнице о том, что Алевтину Петровну примут на лечение туда. Нам теперь оставалось только организовать перевозку в Щелково, потому что этим Аннушкин папаша заниматься не захотел. Но это мы и без него организуем, дело нетрудное.

– Варь, ты мне только помоги, ладно? – попросила Аннушка, когда мы, получив пропуск на посещение, шли в травматологию. – Я же ее знаю, она сейчас упираться начнет, скажет – не поеду.

А тебя послушает, всегда тебя считала сверхчеловеком.

– Сильно сомневаюсь, что ей в такой уж кайф лежать тут, а не в отдельной палате со всеми удобствами. Но если что – конечно, попробую поговорить.

Алевтина Петровна была дамой, избалованной удобствами, и я справедливо полагала, что местный колорит, никогда прежде ей неведомый, уже успел сильно повлиять на ее состояние. Так что вряд ли моя помощь Аннушке пригодится. Но я ошиблась.

Едва мы вошли, как лежащая на кровати у окна Алевтина Петровна категорически заявила:

– Если ты, Анна, собираешься говорить о переводе в Щелково, то даже рта не открывай.

Я никуда не поеду, здесь прекрасный врач, и я ему доверяю.

– Ба-а-бушка, – плачущим голосом протянула Аннушка, усаживаясь с брезгливой миной на придвинутую ногой табуретку, – ну что ты как ребенок? Посмотри, какие здесь условия!

– Зато врач здесь отменный, – отрезала та, поправляя седую прядь волос, выбившуюся из высокой прически на аккуратную заклейку через весь лоб.

 – И потом – как ты повезешь меня с этой бандурой? – ее левая конечность лежала на приспособлении для скелетного вытяжения, внизу болтался прикрепленный груз, а сама нога, пронзенная в четырех местах металлическими спицами, выглядела просто устрашающе. – И голова у меня болит, между прочим.

Аннушка начала что-то горячо доказывать, но в этот момент дверь в палату открылась, и на пороге появился такой широкоплечий красавец в голубой хирургической робе и накрахмаленном белом халате, что даже у меня слегка сбилось дыхание.

Переведя взгляд на Аннушку, я четко поняла, что никто ни в какое Щелково уже не поедет…

– Добрый день, – поздоровался вошедший, – я так понимаю, вы к Алевтине Петровне?

– Да-а, – с придыханием сказала Аннушка, хлопая тщательно накрашенными ресницами, – я ее внучка.

– А я – ее лечащий врач, зовут меня Сергей Андреевич. Готов ответить на любые вопросы.