Судьбу не изменить, или Дамы выбирают кавалеров

Он понимал, что до Марины дошло то, что могло случиться пару минут назад, и теперь она страдает, но еще больше ее испугал вот этот провал в памяти. Он сгреб ее в охапку, усадил к себе на колени и крепко прижал:

– Ну, успокойся, моя маленькая, не надо. Все обошлось, я живой…

– А в следующий раз можешь быть мертвый, – всхлипнула она, утыкаясь лбом в его грудь.

– Я не могу умереть раньше тебя, Маринка. Так не будет. Я должен быть рядом, должен тебя защитить от всего.

– А я в благодарность за это бросаю в тебя ножи… повезло тебе с женой…

– Мне – повезло, – с улыбкой подтвердил он, чуть покачивая ее на коленях, как ребенка, – ты совершенно права, мне повезло с женой.

Я ее добивался много лет, и вот она со мной. Моя мечта сбылась, ты – моя женщина, ты мать моего сына – что еще желать? Ты принадлежишь мне.

– Ты ненормальный, Хохол, – снова всхлипнула она, и он со смехом согласился:

– Конечно. А кто нормальный ужился бы с тобой? Поцелуй меня. Нет… не так, – он буквально сбросил ее с колен на пол и запустил руку в волосы.

Коваль никогда не нужно было повторять дважды, даже в таком состоянии она знала, что имеет в виду муж.

– …О-ох, ну, вот и сняли стресс… – Хохол в изнеможении вытянулся прямо на ковре и блаженно закрыл глаза.

Марина легла рядом, уютно устроившись под его рукой, и прижалась всем телом к разгоряченному телу мужа. Он осторожно поглаживал ее изуродованной рукой, вызывая легкую дрожь, и Марина тихонько застонала:

– Ну, почему ты такой? Почему мне никогда не бывает достаточно? Даже когда уже нет сил?

– Потому что тебе со мной хорошо.

– Нахал, – пробормотала она, закрыв глаза.

– Еще бы! Был бы не нахал – так и не вышло бы у меня ничего с тобой, дорогая.

И тут на барной стойке в кухне заголосил Женькин мобильный. Это насторожило Марину – у Хохла в Англии не было никого, кто мог бы ему звонить, кроме нее, Грегори и Гены. Но сын в лагере, у Гены сейчас тренировка – он с утра обычно пропадает в клубе карате, следовательно…

– Кто это? – спросила она в спину подскочившего Хохла, но он не ответил, только махнул рукой и, глянув на дисплей, скрылся с телефоном на втором этаже.

 – Однако… – удивленно пробормотала Марина, садясь на ковре и накидывая халат. – Это что-то новенькое.

Любопытство раздирало, но Коваль запретила себе подслушивать – незачем унижать мужа недоверием, он наверняка сам расскажет, когда закончит разговор.