Судьбу не изменить, или Дамы выбирают кавалеров

«Интересно, как Жека с такими живет?» – подумал он вдруг, вспомнив изуродованные кисти Хохла. Мимо пробежали две миловидные молодые женщины в ярких летних платьицах – как два цветочных букета на ножках-каблучках. Одна из них обернулась и, весело глянув в лицо Леона, подмигнула. Он улыбнулся в ответ – нечасто ему перепадали теперь такие знаки внимания. До взрыва злополучной гранаты там, на Севере, посреди тундры, Леон был привлекательным мужчиной, не обделенным женским вниманием, но жениться так и не успел и теперь считал, что это к лучшему – если бы после ранения жена ушла от него, это могло стать последней каплей.

А так – ну, подумаешь, глаза нет, уха нет, лицо в шрамах и пальцев на одной руке не хватает, кого это волнует?

Оказалось, это взволновало ту самую улыбчивую девушку, потому что буквально через пятнадцать минут Леон снова наткнулся на нее, но уже гуляющую в одиночестве, и она опять улыбнулась ему и даже чуть замедлила шаг. Растерявшийся Леон проскочил мимо и подумал, что возвращаться уже некрасиво – еще подумает, что он собирается приставать.

Но девушка сама его догнала и дотронулась легкими пальчиками с бежевым маникюром до его локтя:

– Простите, пожалуйста… а вы меня совсем не помните?

Леон замер как вкопанный и вытаращил на девушку единственный глаз, но никак не мог вспомнить этого миловидного личика, как ни старался.

– Я Лиза, сестра Михаила Локтева.

У Леона гулко бухнуло в груди – Лиза… Маленькая Лиза, цеплявшаяся за камуфляжные брюки старшего брата там, на вокзале, перед их последним рейдом туда.

Сколько же ей было? Лет десять? Да, не больше… Мишка не вернулся из той поездки, погиб в «зеленке», снятый выстрелом снайпера прямо в прицел, а Леон, раненный в плечо и грудь, так и не узнал, где его похоронили. И вот – Лиза…

– Как же… как же вы узнали меня? – тяжело вывернул он, стараясь встать так, чтобы девушка попала в поле зрения единственного глаза.

– По взгляду, – просто сказала девушка, – я почему-то вас часто вспоминала, и именно взгляд.

Леон не знал, как вести себя – им впервые овладело такое смущение, его, взрослого мужика, прошедшего войну и много еще чего – после. Он впервые вдруг осознал, как выглядит, и ужаснулся – как же Лиза не побоялась подойти?

– Я вас, наверное, отрываю? – спросила она. – Так обрадовалась, когда знакомое лицо увидела… Я ведь уже давно в Москве живу, там и университет окончила, и работу нашла. А сюда по делам приехала, вроде как в командировку.