Заточённый ангел

В черном кружевном пеньюаре, в домашних туфельках, нарочито небрежно причесанная… В ее больших карих глазах читалось довольство сытой кошки.

– Доброе утро, Анри…

– До… доброе… – хотел вежливо поздороваться, но горло свело судорогой. Еще немного – и…

– Все понятно, – сказала Жаклин. – Туалет там.

Через полчаса более-менее пришедший в себя, посвежевший и полностью одетый Анри сидел рядом с Жаклин за маленьким столиком, пытался влить себя хоть глоток кофе, и вспоминал – сколько же они выпили вчера вдвоем… То, как сидели рядом на кровати, держа в руках полные бокалы, он еще помнил.

Но вот дальше… Побаливала шея, саднило предплечье… Он уже увидел, конечно, что за ночь синяков на теле прибавилось. Хорошо, наверное, развлеклись…

Но чувствовалось что-то странное. Что именно – от Анри пока ускользало.

– Послушай, Жаклин. Ведь все у нас было… нормально?

– А вот на такой вопрос и обидеться можно, – лукавая улыбка скользнула по темным губам молодой женщины. – Совсем ничего не помнишь, красавчик?

– Нет, – честно сознался юноша.

– Ты был хорош, если тебя это беспокоит, – серьезно ответила Жаклин. – Очень даже! Много было интересного… Чем рассказывать, лучше повторить.

– Только не сейчас.

– Голова болит?

– Немного.

Женщина мягкой теплой ладонью провела по его щеке.

– У тебя такая светлая кожа… К тебе, наверное, совсем загар не пристает. Да, Анри Делоне?

– Не помню, чтобы называл фамилию.

– Так ты же вообще ничего не помнишь. И не кокетничай.

Не обязательно с тобой знакомиться, чтобы знать в лицо. Анри Николя Жюль Делоне… Ну кто не знает знаменитый утонченный парфюм фирмы «Grass», особенно в этом городе, и…

– Погоди-ка…

Вот оно! Вот что не дает ему покоя. Запах. Анри поднес пальцы к лицу. Стойкий, на удивление насыщенный аромат – пряный, мятные нотки с примесью яркой горчинки. Тимьян? Но… это не его обычный одеколон. Это не цитрусовые духи Жаклин, так созвучные ее знойному облику. И ни в спальне, ни в ванной у нее нет ничего с похожим запахом.

Где же он его подцепил? И почему это так беспокоит?

Случайная любовница вывела из раздумий, ошарашив вопросом:

– Анри, а скажи… каково это – жить в семье, на которой лежит проклятье?

Только этого еще не хватало!

– Я слышал эти сказки, – спокойно ответил молодой Делоне. – Про ангела, про девушку, обиженную моим предком-бароном. Но кто в это верит?

Да. Он не стал говорить про картину под названием «Заточённый ангел».