Переводчик

– У тебя мало сил, не поможет, – сказал Романов.

– Ну, я не знаю. Может связать пастуха, и спрятать его где-нибудь? – предположил Олег.

– Развяжется, – жестко ответил Иванов.

– Взять его с собой?

– Он откажется идти. Скажет, мол, ноги больны, да стар стал. А нести его – только скорость движения снизится. Ну, так что?

Олег уже понял, что от него ждут, и медлил. Но офицеры тоже молчали. Они хотели, чтобы Олег сам озвучил правильный выход из ситуации. Командир отряда и командир роты в упор смотрели на молодого офицера.

– Его надо убить? – спросил Олег.

– Верно, – кивнул Романов. – Зачет сдал…

– Но ведь он ничего плохого не сделал группе?

– Не сделал, пока не дошел до ближайшего полевого командира. Когда дойдет, уже будет поздно думать о плохом или хорошем, – сказал, усмехнувшись, Иванов.

Олег молчал. Он знал, что это так должно быть для сохранения скрытности группы в тылу враждебно настроенного населения и возможной близости баз боевиков. Но знать и понимать – это совершенно разные вещи.

– А что нужно делать с пленным, которого разведывательная группа захватила в тылу противника, допросила, и тот перестал представлять для разведки интерес?

– Что, его тоже нужно убить? – спросил Олег.

Глеб усмехнулся:

– В наших руководящих документах сказано прямо: «…пленный, после проведенного первичного допроса, направляется к вышестоящему командованию…».

Подполковник откинулся на спинку стула и махнул радисту, чтобы тот покинул палатку. Когда тот вышел, Романов сказал:

– Есть у меня одна задумка.

Если ее реализовать, то мы будем брать боевиков и схроны с оружием голыми руками. Для тебя в этой операции отводится первая роль.

В этот момент Олег шмыгнул носом и Романов увидел перед собой не лейтенанта, которому он решил доверить особо важное задание, а простого мальчишку, который только-только начал входить в самостоятельную жизнь. Подполковнику вдруг захотелось отменить задуманное, отбросить все наработки по этому делу, но Олег жадными глазами смотрел на своего командира и Романов решился:

– Тебе придется сыграть роль араба.

Возможно, тебе придется убивать людей. Ты готов к этому?

– Думаю, что я не хуже всех остальных офицеров спецназа, – с пафосом сказал Олег. – Не боги горшки обжигают.

– Это ты так думаешь. Но с тобой все же надо провести определенную психологическую работу. Ты многого еще боишься. Ты много чего еще не умеешь делать. А без определенных навыков задача для тебя будет просто невыполнима.