Лик полуночи

Если их мама могла притвориться, чтобы не видеть ран, она притворялась. Когда Крона росла, то ее оцарапанные колени и ушибленные пальцы на ногах лечила Де-Лия. Если случалось что-то более серьезное – что-то, что могло напомнить ей о муже, который свалился на полу кухни с вырванными внутренностями, – Асель реагировала очень остро, и последствиями могли быть ужасны. Еще хуже было то, что она не выносила вида крови. Если бы Асель увидела колото-резаную рану Кроны, Де-Лии пришлось бы сидеть около нее и приводить ее в чувство, а не оказывать помощь Кроне.

После краткого банального разговора с Асель, Де-Лия снова появилась в комнате с бутылкой виски в одной руке и средствами первой помощи в другой.

– Ты все равно должна показаться мастеру Уткину, поняла? – сказала она. – Но это поможет тебе продержаться.

Она щедро плеснула на рану из бутылки, чтобы очистить от крови и песка. Крона прикусила ткань подушки, выгнув спину. Щипало сильно, и она сквозь зубы выругалась. Де-Лия сочувственно похлопала ее по плечу.

Де-Лия была опытным специалистом, с нежными умелыми пальцами, и она часто помогала сортировать раненых в поле. Здесь, дома, она обрабатывала рану Кроны так же быстро, как и в парке, и среди мусорных баков в переулке.

Как только Де-Лия остановила кровь и закрыла рану, она, в качестве окончательной меры, наложила повязку, обмотав Крону бинтами, создав постоянное давление на порез.

– Готово, – ровно заявила она. – Как я справилась?

Крона, полностью выпрямившись, повернулась в одну, потом в другую сторону, проверяя повязку.

– Ну, так сильно не вертись, – упрекнула ее Де-Лия. – Я не целитель, и это ненадолго.

– Спасибо.

Де-Лия грустно улыбнулась сестре, убрав упавшую спиральку косички со лба и заправив ее за ухо Кроны.

– Не за что. А теперь… – она игриво хлопнула себя по колену, вставая, чтобы внести в каморку завязанный бечевкой узелок. – Смотри. Достала тебе из резерва. Возможно, потребуется ушить, но пока сойдет.

Это была новая форма. Крона не могла ходить с разорванным рукавом, а теперь еще и боком.

– Одевайся. Нам нужно идти, пока следы не остыли.

– Подожди, а что там с мартинетами? – спросила Крона, когда Де-Лия повернулась, чтобы уйти.

– Меня будут судить, – спокойно сказала она. – А приговор будет зависеть от того, как быстро мы сможем вернуть маску и камень с отчаянием. И от того, сколько ущерба они причинят за время их поисков.