Как в книге

Под конец рабочего дня я решаю, что сегодня не хочу проводить здесь сверхурочные неоплачиваемые часы и прошу своего начальника покинуть помещения, чтобы я смогла оставить свой пост. В ответ на такую наглость он спокойно встает. ПОМОГАЕТ МНЕ УБРАТЬ ВСЕ В ЗАЛЕ! И провожает в сторону лифта. Все происходит в абсолютной тишине. Я с глазами по пять копеек принимаю его участие.

В лифте царит умиротворяющая атмосфера и приглушенный свет. Повторяется история с дыханием, но на этот раз такое чувство, что я волосками на коже ощущаю его тело.

Настолько близко он стоит. За моей спиной, протягивая руку начальник нажимает на 1 этаж, слегка задевая мое плечо. По телу пробегают мурашки, и я надеюсь, что он их не чувствует, однако слышу его учащенное дыхание. Мы застреваем в безвременье, и я хочу, чтобы это продолжалось как можно дольше. Все вокруг окутывает его запах, и я неосознанно прикрываю глаза, откидываю голову немного назад, делая глубокий вдох.

Чувствую его руки в своих волосах.

Он легко проходит пальцами, как расческа, разделяя их на пряди, перебирая пальцами. От такого простого движения внизу живота все стягивается в тугой узел, и я держусь, чтоб не промурлыкать от наслаждения.

Максим Витальевич наклоняется к моему уху, убирает волосы, освобождая доступ. Я слышу его горячее дыхание:

– Чем должна была закончиться история с наказанием, будь мы в романе? – И руки немого, но ощутимо сжимают волосы, заставляя наклониться еще сильнее назад.

Звук лифта. Я просыпаюсь. Это точно было сон! На ватных ногах плетусь к выходу из здания, шеф идет следом. В голове желе, ноги свинцовые, в животе бабочки. Отлично! Нужно уносить от сюда ноги, пока я сама не сдалась ему в плен. Ускоряю шаг и двигаюсь в сторону метро, крикнув Максиму Витальевичу, не оборачиваясь:

– До свидания!

– До завтра. – Звучит ответ, и я чувствую его взгляд на своей спине до самого спуска в подземку.

***

У меня точно давно не было мужчины! Или же сильно разыгралась фантазия! Это не могло быть правдой! Или могло? В голове мысли летают роем пчел, не могу поймать ни одну, чтобы прийти к какому-нибудь выводу.

Слава богу впереди выходные и я смогу остыть. Чувствую себя чайником, который закипел, а его никак не снимают с плиты.

– Мама, Пап. Я дома! – Оповещаю свою стену и плетусь на кухню заварить чай с ромашкой. Взгляд падает на тетрадь, которую я недавно прихватила из архива.