Угроза для Рима

-Брат, ты же знаешь, что действующий Папа – последний, ибо так решили мы сами… Прошло пять лет с того момента, когда мы в Палермо установили о прекращении существования Римского Престола. Всем нам давно известно, что центр мира теперь в Нью-Йорке, а не в Риме или Париже. Про Москву промолчу… про этот гадючник умершего православия… Наш мир поменял координаты, глобальная политика превратила человека в бога, бога могущественнее самого Саваофа: нынешний человек, в оружии которого все  средства науки, социологии и той же политики, имеет возможность влиять на мир, подстраивать его под себя как кусок глины.

Люди теперь не обжигают горшки, они сделались богами. – длинная речь брата Иосифа заставила задуматься всех стоящих в этом круге.

Усатый брат Тимофей усмехнулся в кулак и повозил каблуком в песке. Все знали, что если говорит брат Иосиф, нужно остерегаться его популизма, ибо испортить свои уши его громкими речами.

Иосиф любил говорить и это его преимущество или слабость "гуляла" в устах Высокого Совета. Желающим обсудить брата Иосифа не нужны были телефоны, пейджеры или компьютеры – они могла пользоваться лишь мыслями, об этом позаботилась сама природа. Эти мысли, что могли объять все проблемы мира, в котором начинал править Антихрист, эти умозрительные мысли, эти тонкие думы не могли куда-то утечь, уйти на сторону, а потому – только ум мог сделать свою работу через дар, данный Кем-то.

-Я летал в Москву и скажу вам: там не понимают действий этого Шкани. Мне говорили: секретарь Папы напуган убийством русского кардинала и бережёт Папу. Но что угрожает Папе, как не глупость его свиты? Москва бережёт Святого Отца как зеницу ока. – брат Лео плюнул под ноги и ругнулся как бакалейщик. – Я доволен этим русским Президентом – Сорокин близок к нашему Высокому Совету как никогда, он озабочен влиянием Русской Церкви на политику России и уверен, что эта война с Объединённой Америкой, подмявшей под себя всю прежнюю Европу, приведёт к смерти РПЦ, а не Кремля.

Далее произошло неожиданное – один из братьев покачнулся и упал. Парень с факелом, стоящий сзади, шагнул вперёд, осмотрел упавшего и произнёс: -Он мёртв! Брат мертвее дохлее осла! Собравшиеся пустили волну вздохов и окриков, Иосиф и Тимофей о чём-то принялись тихо говорить.