Солонго. Том 3

– Прими от меня лепешки, я их испекла для тебя…

Отец уже вскочил на коня, она схватилась за уздцы, отец наклонился и взял из ее рук узел, обернулся и передал одному из всадников и не оборачиваясь поскакал во главе отряда.

Мохлико стояла и смотрела ему вслед, руки ее бессильно повисли, ее постоянно печальный вид раздражал меня. Конечно, я понимала, что в ее жизни случилось большое горе, что она познала и одиночество, была и в рабстве, но сейчас уже давно все это осталось в прошлом. Пора было начинать новую жизнь, но она, казалось, не хотела, упиваясь своим горем и погружаясь все больше на дно воспоминаний и ужасов прошлого.

В юрту идти не хотелось и я решила пройтись по кочевью, посмотреть все ли в порядке. Проходя мимо спуска к реке, увидела одинокую фигуру Айзере, она что-то тихо напевая, занималась оставленными накануне рубашками, решив все же помыть их, но уже не заходя на мостки. Я подошла и села туда, где еще вчера кормила сына и наблюдала за ней сквозь ресницы. Девушка услышала мои шаги. После разговора с отцом мой гнев рассеялся, как утренний туман, мое отношение к ней стало прежним, к нему лишь примешивалось какое-то сложное чувство, которое мне трудно было осознать, я не могла представить ее женщиной моего отца… его женой, теперь она была не просто Айзере, но и любимая Оюун Хагана.

– Отец уехал…– сказала ей я.

– Да… уехал…

– Ты знаешь, что он возьмет тебя женой?– спросила я,– он сказал мне сегодня, что так он решил…Ты будешь его второй женой…

– Да, он сказал мне об этом сегодня,– покраснев сказала Айзере.

– Обычно так не бывает… У нас в Великой Степи не бывает. Согласие должна дать его первая жена… Маланья.

– Я знаю.

– Но отец сказал, что он так решил. И так будет. Поэтому мне нужно подготовить для вас свадебное покрывало. Он скоро приедет. Думаю, что еще до ухода на летнее кочевье он будет здесь. Теперь он будет бывать здесь часто.

Айзере молчала, натирая порошком рубашку, на которой я увидела небольшое пятно крови, заметив мой взгляд, она смутилась и старательно встряхнула намокшую ткань.

– Айзере, я переживаю. За отца и за тебя. Я знаю Маланью. Разразится гроза!

– Я не просила Оюуна быть моим мужем, Солонго, мне все равно жена я для него, или нет.

Я засмеялась:

– Айзере, у нас ты или девушка, или жена, или вдова. Больше никак не бывает. Иначе будет наказание и я должна тебя выгнать из племени. Отец предотвратил это. Сразу сказал, что возьмет тебя женой. Тогда никто ничего сделать не сможет.