Депрессия

А вдруг кинет еще дальше в прошлое? Лучше оставлю его на крайний случай, когда выхода не будет. Завернув по кругу и прижав к себе, он решил бежать дальше. Леша выбрался из подвала, подошел к двери амбара и приоткрыл ее. На улице появились кони в броне, Царь со свитой проскакали мимо. Алексей моментально среагировал, выскочив на улицу.

А. – Царь! Царь!

Стрелец. – Прууу!!!

И.В. – Алексей! Подожди немного.

А. – Мне надо уходить и побыстрей.

И.В. – Я знаю. (обращаясь к стрельцам) Пройдите чуть вперед. Поговорить надо.

Стрельцы отвели коней чуть вперед. Спешившись, Царь подошел к Леше.

А. – Ко мне убийц подослали. Еле убежал.

И.В. – Это ведаю.

А. – Мне Ерошка сказал, только выхожу – идут трое. Думаю, знали за кем шли.

И.В. – Да, растормошили улей мы с тобой. Новости быстро идут. Требуют предоставить Бога! Зря мы такие письма написали. Не верит никто. Да и людей много видело тебя.

А. – Уходить подальше мне надо.

И.В. – Бери лошадь вот эту и скачи на север! Найди деревушку Осинки!

А.

 – Я не ездил никогда на лошади.

И.В. – Что? Ахахаха! Шутишь опять?

А. – Нет. Я серьезно. Как тут? Она большая! Ой!

Лошадь смотрела на Алексея, а потом мотнула головой в его сторону и фыркнула. Видимо, сначала хотела понюхать, а заметив прищуренные глаза, Леши, просто чихнула в его сторону.

А. – Ну ладно! Мы подружимся. Я надеюсь.

Лошадь. – Ииииииихххоооо!

А. – К такому жизнь меня не готовила….

Забравшись наконец на лошадь, Алексей устремился в сторону Нижнего Новгорода.

В качестве личной охраны выделили двух стрельцов. Они должны были защищать Алексея на протяжении всей дороги. Афанасий и Борис. Афанасий – белые кучерявые волосы, рост около метр девяносто, любит пить. Кулак у него был внушительных размеров. Борис же больше любил стрелять из ружья. В плечах был неширокий, но роста еще выше, чем Афанасий. Темные волосы и нос горбинкой выдавали в Борисе примесь кровей. Стрельцы полностью были за государя. Любое поручение смело можно было доверить им. Единственный указ дал царь: " Сопровождать и охранять всю дорогу. Человек государственной важности. Много не говорить!» Стрельцы, послушно исполняли волю. Дорога предстояла долгая. Лошадь под Лешей постоянно брыкалась и фыркала. Явно не доверяя ему.

Иван Васильевич вернулся в трапезную, в правой руке держа большую чашу. Сев на свое место, он приказал стольничему налить ее до краев. Посмотрел на Петра Морозова.

И.В. – Любишь меня, Петр?

П.М.