Последний полет к Пси Октанта

Что вы скажете о них?

– «Капля» – это мегапротей, или попросту «амеба», – очнувшись от своих печальных дум, заговорила Ольга. – Ваня (вот ведь чудак!) назвал ее Розалией. Он привез ее с Миманта. Очень странная форма жизни. Между прочим, способна к мимикрии, может ненадолго принять форму какого-нибудь предмета, например, брошенного тапка или цветочного горшка. Однажды она превратилась в футбольный мяч, который выглядел ну очень натурально. Иван чуть ногой по ней не заехал, вовремя отползла. Завадский считает мимикрию защитным инстинктом, но я иногда сомневаюсь.

А вдруг ее мимикрия – это попытка контакта? Одно могу сказать наверняка – в отличие от Чухендры, она совсем не проявляет агрессии.

Ольга искоса взглянула на Бориса, словно проверяя, произвел ли впечатление ее рассказ. Лицо полицейского было непроницаемым.

– Что касается «зубастой совы», – продолжила она, – то это зубокрыл с Таона. Кличка Антей. Не могу сказать, что зубокрыл агрессивен, но зато он хитер и склонен к воровству.

Недавно схватил мой серебряный браслет и куда-то спрятал. Искали по всему дому с металлоискателем. Так вот, браслетик мы так и не нашли!

Полицейский удивленно хмыкнул.

– Он его что – съел?

На что девушка загадочно улыбнулась.

– Может, и съел. А, может, просто где-то бросил, а съел уже кто-то другой. Иван говорит, что многие твари с Таона способны переваривать металл, а в доме живут сразу три такие твари – Антей, Канат и Чухендра.

– Значит, в доме живут три твари с Таона и одна с Миманта, – подытожил внимательный Беркутов.

 – Но, насколько я знаю, у Завадского есть и другие питомцы.

– Да, еще четверо, – подтвердила Ольга. – Они довольно крупные, и поэтому находятся снаружи, в вольерах. Например, один из них размером почти с лошадь – разве такого в дом приведешь?

– А те, что снаружи, подозрений у вас не вызывают? – с хитрой улыбкой спросил полицейский.

– Признаться, нет, – простодушно ответила Ольга. – Как бы вам это объяснить?.

. Они более понятны, что ли… Более предсказуемы. К тому же, они заперты в вольерах, а там сенсорные замки. Замки реагируют только на прикосновение моей или Ваниной ладони.

Беркутов на секунду задумался, затем спросил.

– А те, что живут у вас в доме, разве могут выйти наружу? У вас, я вижу, все окна закрыты сетками…

Ольга иронично покивала.

– Окна-то закрыты, а входная дверь лишь прикрыта, ее можно запросто отодвинуть.