Дьявольский вкус смерти

– Твой внешний вид мне сказал, а еще шприц, который торчит из кармана. Только не заливай мне про больную маму.

Ярость вдруг метнулась в его глазках, и он кинулся на меня, как раненая пантера.

– Ты ведь ей не скажешь?!

Но прежде чем он успел схватить меня за грудки, я воткнула ему ствол в живот.

– Сядь, – приказала тоном, не предполагающим возражений. Рудухин повиновался.

– На этом дойка коровы в лице Катьки Самохваловой прекращается. Денег ты от нее больше не получишь. А теперь проваливай, я здесь еще не все закончила.

Он медленно двинулся в сторону двери, потом протянул руку:

– Ствол отдай, мне его в залог оставили.

– Через Катьку получишь, – бросила я, – если она его в счет долгов не изымет.

«Ну вот, с одним разобралась», – облегченно вздохнула, когда за Рудухиным захлопнулась входная дверь. И теперь меня здесь задерживало только одно: достав остывшую кастрюлю с кашеобразным содержимым, я осторожно высунула нос в коридор. Злобный Тишка не заставил себя ждать и возобновил попытки достать меня в прямом и переносном смыслах.

Быстро выставив кастрюлю в коридор, я захлопнула дверь. На слух определив, что наживка сработала, я бросила в сумку рудухинский «марголин», перекинула ее через плечо и прислушалась. За дверью было тихо, я опять выглянула, убедилась, что псина мне не угрожает, закинула опустевшую кастрюлю в комнату и поспешила к выходу из квартиры.

Видимо, сытый Тишка был добрее голодного, так как, запирая дверь, я увидела его лежащим в кухне под раковиной.

Глава 2

Только переступив порог своей квартиры, я впомнила, что меня тут одинокая живая душа поджидает. Серый котенок подбежал и начал тереться о мои ноги в тоскливой надежде получить что-нибудь съестное. Что и говорить, не привыкла я заботиться о ком-нибудь… А кстати – пора позаботиться и о себе, поскольку Душечкиных пирожков, несомненно, меня подкрепивших, мне, при моей неуемной физической энергии, было явно мало. Требовалось что-то поконкретней. При виде толстых аппетитных сосисок, добытых мной из холодильника, кот прибавил громкость.

Пока сосиски барахтались в воде, а живность, которая завелась у меня в доме, с упоением поглощала свою – холодную – порцию мясного, я выудила из сумки старую тетрадь и приступила к ее детальному осмотру. Пожалуй, со словарем можно разобраться. Хотя что может дать мне прочтение дневника Самохвалова, я еще не знала. Но была уверена, что игнорировать подсказку интуиции – значит тормозить дело.