Комплекс Наполеона

На этот раз расклад был следующим:

12+18+27 – «Не время вербовать сторонников; лучше упрочьте ваши собственные позиции».

И это, по всей видимости, означало, что мне стоит сейчас не искать единомышленника в лице Андрея Мельникова, а продолжать анализировать и делать собственные выводы. Кости в очередной раз словно говорили мне, что ставить точку в этом деле и передавать его в суд еще очень рано.

Через некоторое время Мельников устроил мне возможность побеседовать с Варварой Михайловной Никишиной.

При первом же взгляде на нее я отметила, что эта женщина и впрямь никак не выглядит на двадцать девять лет. Невысокого роста, с очень простым лицом, абсолютно без всякого макияжа. Курносый нос, небольшие серые глаза… Она не была полной, но фигура не производила впечатления стройности. Какая-то старомодная бесформенная одежда, прямые русые волосы собраны в хвост и перехвачены обыкновенной черной резинкой.

«А лицо у нее доброе, – отметила я про себя. – Да и миловидное, если присмотреться.

Ей бы следить за собой получше, и выглядела бы вполне привлекательно. Что же это она себя так запустила?»

И тут же усмехнулась: если я брошу профессию частного детектива, без работы не останусь – переквалифицируюсь в визажисты.

Однако усмехаться было некогда: предстоял разговор с Никишиной, разговор серьезный, и он должен был дать мне ответ на главный вопрос – виновна Варвара Михайловна в смерти мальчика или нет.

Варвара Михайловна сидела на стуле и смотрела на меня равнодушным взглядом.

Очевидно, она думала, что сейчас с ней будет проведен очередной допрос. Что ж, в какой-то мере это можно назвать и так, но только свои вопросы я буду задавать неофициально.

– Варвара Михайловна, давайте для начала с вами познакомимся. Меня зовут Татьяна Александровна Иванова, я частный детектив. И я сейчас нахожусь здесь с тем, чтобы разобраться в ситуации, в которую вы попали. Дело в том, что Аделаида Анатольевна не верит в вашу виновность, вот она и попросила меня заняться этим делом.

Во взгляде Никишиной появилась какая-то боль, он стал тяжелым.

– Зря Ада все это затеяла, – глухо проговорила она. – Я уже все рассказала. Не нужно ничего делать…

– Скажите, пожалуйста, Варвара Михайловна, а кто ваш адвокат?

Нянечка посмотрела на меня не то что удивленно, а с какой-то обреченностью.

– Нет у меня никакого адвоката, я отказалась.