Любовь кончается в полночь

А че?

– А жена ваша?

– Зинка? А че, она – жена!

– Вот видите, сколько вас, Чайниковых, – четверо, так что вы не один.

– Ну, это да…

– Значит, вы – наследник. И что вам досталось после смерти брата?

– Квартира двухкомнатная да дача.

Я продолжала выспрашивать у Федора.

– Где вы сейчас живете?

– В квартире.

– Сколько у вас комнат?

– Одна…

– В однокомнатной – вчетвером? Со взрослыми детьми? И где ваша квартира? В каком районе?

– В Трубном… А че? Однокомнатная! Мы в деревне два дома продали, свой и родителей, когда они несколько лет назад померли.

А у вас, в городе, нам этих денег только на однокомнатную квартиру и хватило, и то на окраине.

– Ну, зато теперь вы можете переехать в двухкомнатную Виктора, а свою квартиру отдать старшему сыну, он ведь почти взрослый. Так что ваш квартирный вопрос, я считаю, решился?

Я пристально смотрела в глаза Федору Ивановичу.

– Ну, да… А к чему это вы?

– Да все к тому…

Он некоторое время вертел головой то в мою сторону, то в сторону Родиона.

Вдруг до него дошло.

– Э-э, дамочка, вы чего это?! Вы это к чему? Хотите сказать… Да вы в своем уме?!

– Тихо, тихо, – стал успокаивать его Родион. – Татьяна ничего такого не сказала, она только…

– Да я Витька больше полугода не видел! Он в январе ко мне на день рождения приходил. А на свой даже не позвал! Вся моя семья это может подтвердить. Он вообще нас сторонился, как же, мы – деревня, а он – врач, образованный! Забыл, как сам в деревне жил, навоз месил! В марте у Зинки моей день рождения был, он не пришел.

Летом у сына именины – он по телефону его поздравил. Не больно-то он с нами… А что квартира его и дача мне отойдут, так это по закону, не я его писал!

Федор Иванович распалился, лицо его пошло красными пятнами.

– Не обижайтесь, – сказала я примирительно.

Крепыш только рукой махнул. Достал новую сигарету, закурил. Мы постояли еще некоторое время, поговорили и окончательно помирились с Федором Ивановичем. Милиции все не было.

– А ведь уже десять, – сказал Родион.

 – Надо бы ехать, а то к одиннадцати можем не успеть.

Федор засуетился:

– Вот что, вы поезжайте, а я останусь, дождусь ментов. Надо же им могилу показать! Покажу и приеду автобусом. А то на поминки опоздаете, а поминки – святое дело.

– Хорошо, хорошо…

Мы с Родионом сели в машину и поехали в город.

– Родион, не говорите пока никому о том, что случилось, – попросила я.

– Почему?

– Ну… так надо. Я хочу кое-что проверить.